Понятие легализации. Объективные признаки состава преступления

Понятие предпринимательской деятельности содержится в ст.1 ГК, где говорится, что предпринимательская деятельность – это самостоятельная деятельность юридических и физических лиц, осуществляемая ими в гражданском обороте  от своего имени, на свой риск и под  свою имущественную ответственность  и направленная на систематическое  получение прибыли от пользования  имуществом, продажи вещей, произведенных, переработанных или приобретенных  указанными лицами для продажи, а  также от выполнения работ или  оказания услуг, если эти работы или  услуги предназначаются для реализации другим лицам и не используются для  собственного потребления.

Иной хозяйственной деятельностью  является экономическая деятельность физических и юридических лиц, направленная не на систематическое получение  на рынке прибыли от пользования  имуществом, продажи вещей, от выполнения работ или оказания услуг, а ориентированная  на удовлетворение собственных потребностей юридического или физического лица, семьи или других субъектов экономической  деятельности без введения на рынок  продукции, произведенной  в результате этой деятельности (например, производство строительных, монтажных или иных работ в своем хозяйстве, ремонт зданий, сооружений, техники, оборудования, принадлежащих этим организациям или физическому лицу). [10, с. 527].

Основной состав данного преступления является формальным. Преступление считается  оконченным с момента совершения хотя бы одной финансовой операции и другой сделки с материальными  ценностями, приобретенными заведомо преступным путем, либо использования  их для осуществления предпринимательской  или иной хозяйственной деятельности. Для квалификации не имеет значения, удалось ли виновному в полной мере воспользоваться легализуемыми  ценностями, что не исключает учета  этого обстоятельства при назначении наказания. Независимо от количества сделок, предполагавшихся к совершению или  совершенных перед легализацией с приобретенными преступным путем  материальными ценностями, уже совершение первой из них образует состав оконченного  преступления, при наличии цели придать  законный статус материальным ценностям, добытым преступным путем. [10, с. 527].

Нельзя упускать из виду, что легализуются также доходы, получаемые в результате совершения правонарушений, например налоговых, не являющихся преступлением. В Российской Федерации с 1 января 1997 года впервые установлена уголовная  ответственность за «отмывание»  доходов, полученных незаконным путем. Законодатель тем самым расширил сферу применения статьи, подчеркнув, что природа доходов может  быть не только преступной, но и незаконной. Анализ правоприменительной практики Российской Федерации за 1997-2001гг. показал, что более чем в 70 % всех возбужденных уголовных дел легализуемое имущество было получено в результате административно-правовых нарушений и гражданско-правовых деликтов. Следует заметить, что в Республике Беларусь, так же как и в Российской Федерации, ведется дискуссия по сути понятий «незаконно» или «преступно» в контексте легализации доходов. [9, с. 60].

Таким образом, понятие легализации («отмывания») материальных ценностей, приобретенных преступным путем  дается в ч. 1 ст. 235 УК.

Проблема объекта данного  преступления до сих пор является открытой. Многие ученые высказывают  свои точки зрения по данной проблеме в своих научных работах и  статьях. Однако наиболее верным представляется то, что объектом рассматриваемого преступления являются общественные отношения, основанные на установленном законодательством  порядке совершения финансовых операций и других сделок с денежными средствами, ценными бумагами и иным имуществом и их использованием  для осуществления  предпринимательской и иной хозяйственной  деятельности.

Законодательно закреплен  предмет преступления, к которому относятся материальные ценности, добытые преступным путем, т. е. денежные средства, ценные бумаги, иное имущество (движимое или недвижимое).

Объективная сторона представляет собой действия (альтернативные): легализация  материальных ценностей, приобретенных  заведомо преступным путем, то есть придание правомерного вида владению, пользованию  и (или) распоряжению этими ценностями посредством:

1. совершения финансовых операций с денежными средствами, ценными бумагами или иным имуществом;
2. других сделок с материальными ценностями, приобретенными заведомо преступным путем;
3. использование указанных материальных ценностей либо полученного от них дохода для осуществления легальной предпринимательской или иной хозяйственной деятельности.

2.     Субъективные признаки состава  преступления. Разграничение составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 235 и 236 УК.

Субъективная сторона данного  преступления включает два обязательных признака: вину и цель.

Вина характеризуется прямым умыслом, когда виновный осознает, что совершает  сделку с материальными ценностями, приобретенными преступным путем, или  использует их для осуществления  предпринимательской и иной хозяйственной  деятельности и желает совершить  эти действия. При этом до совершения сделки или иных действий лицо должно осознавать, что оно совершает  действия с материальными ценностями,  приобретенными  именно преступным, а не каким-либо другим путем. Однако не требуется  точно знания о том,  в результате  какого конкретного  преступления добыты материальные ценности (знания когда, кем или каким способом совершено преступление, его квалификация, общего размера хищения и т. д.), достаточно знания о преступном способе  добычи материальных ценностей. Если лицо узнало о преступном происхождении  материальных ценностей после из легализации и продолжает пользоваться ими, то ответственность по данной статье исключается.

Целью совершения данных действия является сокрытие истинного правового статуса  материальных ценностей как приобретенных  преступным путем и придание им официального статуса. В статье цель легализации  определена как цель утаить или исказить природу, происхождение, местонахождение, размещение, движение или действительную принадлежность указанных материальных ценностей или соотносимых с ними прав. [10, с. 528].

Конструкция субъективной стороны  этого преступления более удачно сформулирована в УК 1960 года, поскольку  по данному уголовному закону для  привлечения к уголовной ответственности  с субъективной стороны достаточно установить, что лицо действовало  с прямым умыслом, а по ст. 235 нового УК – что оно совершало такие  действия с прямым умыслом и преследовало специальную цель. В практике могут  встречаться  трудности, не позволяющие  доказать, что лицо при совершении деяния преследовало цель, определенную в законе. Необходимо также учитывать, что механизм исследуемых преступлений сложный, лица, совершившие действия по легализации преступных доходов, могут руководствоваться разными  мотивами и преследовать цели, не определенные в законе. Такого рода действия по УК 1999 года будут квалифицироваться  иначе, чем по УК 1960 года, и влечь  меньшую уголовную ответственность. [4, с. 23].

Снижение размера уголовной  ответственности за такие действия не отвечает общей тенденции мирового сообщества на усиление борьбы с этой категорией международных преступлений. К примеру, банковский служащий может  делать неоднократные финансовые операции по международному переводу денежных средств, приобретенных преступным путем, и при этом не преследовать цели утаивания и искажения природы  этих средств, поскольку, не в полной мере выполняя свои служебные обязанности  под давлением членов международной  организованной преступной группы, желает привлечения этих лиц к уголовной  ответственности; лицо может вносить  денежные средства в уставной фонд коммерческого предприятия и  в то же время преследовать цель вступить в брак с человеком, который добыл преступным путем  эти материальные ценности и по просьбе которого совершена эта финансовая операция, и т. п. Такого рода деятельность по УК 1999 года будет квалифицироваться не по ст. 235, а по ст. 236, как приобретение либо сбыт материальных ценностей, приобретенных преступным путем, либо по ст. 405, как укрывательство преступления. По УК 1960 года такие действия квалифицировались бы как легализация преступных доходов, и влекли бы более строгую ответственность. [4, с. 24].

       Субъект данного преступления  общий, ответственность наступает  с шестнадцати лет. Субъектами  данного преступления следует  считать всех участников сделки, которые умышленно совершают  незаконную легализацию материальных  ценностей добытых преступным  путем, за исключением исполнителя  преступления, посредством которого  приобретены материальные ценности:

1. предусмотренных ст.ст. 225 (невозвращение из-за границы валюты), 231 (уклонение от уплаты таможенных платежей), 243 (уклонение от уплаты сумм налогов, сборов);
2. иных преступлений, если он не использовал такие материальные ценности для осуществления легальной предпринимательской или иной хозяйственной деятельности. [10, с. 529].

К ответственности  по данной статье в разной мере привлекаются лица, которые  легализуют имущество, и непосредственные исполнители процесса легализации.

Субъектами данного преступления могут быть:

1. уполномоченные работники различных юридических лиц;
2. физические лица.

Физические лица подлежат ответственности  как в случае введения материальных ценностей в хозяйственный оборот, так и при наличии цели на формирование прав собственности на материальные ценности, добытые преступным путем (ст. 236), либо на имущество, созданное с их использованием или приобретенное за счет их сбыта (например, оформление права собственности на жилой дом, построенный  из приобретенных похищенных или за похищенные средства материалов).

Служащие органов государственного управления, которые осуществили  оформление права собственности  на материальные ценности, приобретенные  преступным путем, при наличии соответствующих  условий подлежат ответственности  за преступления против интересов службы. [10, с. 530].

В соответствии с ч. 2 ст.88 и ч. 2 примечаний к ст. 235 УК лицо, участвующее в  легализации денежных средств или  имущества, приобретенных преступным путем, освобождается от уголовной  ответственности за эти действия при одновременном наличии следующих  обстоятельств, характеризующих поведение  виновного после совершения преступления (деятельное раскаяние):

1. добровольно заявило о содеянном, то есть по своей воле обратилось к властям с сообщением  о совершенной  им легализации материальных  ценностей,  добытых  преступным путем, притом, что в момент обращения  властям  не было известно о совершении им указанного преступления;
2. совершило действия, способствовавшие выявлению преступления (предоставление властям сведений о местонахождении указанных материальных ценностей, способах их легализации, лицах, оказывающих содействие в их легализации, и т.п.). [10, с. 530].

О добровольности заявления  можно  говорить в тех случаях, когда  лицо по собственной инициативе обратилось к властям с сообщением о совершенной  им легализации материальных ценностей, преступно добытых другим лицом.    

При одновременном наличии данных условий орган уголовного преследования  обязан освободить лицо, участвующие  в легализации преступно добытого, от уголовной ответственности по ст. 235 УК. [7, с.197].

В этом случае исполнитель преступления, посредством которого приобретены  материальные ценности, освобождается  от уголовной ответственности, а  действия организатора, пособника, подстрекателя, принявших сначала участие в  преступлении, в результате которого были добыты материальные ценности, а  затем в «отмывании» преступных доходов, будут квалифицироваться  по совокупности преступлений. Например, действия лица, возвратившего кредитору  долг из доходов, полученных преступным путем, будут квалифицироваться  по одной статье, а действия кредитора, заранее давшего  согласие должнику принять такие средства, чтобы  не потерять свое имущество, а затем  вложившего эти средства в предпринимательскую  деятельность с целью скрыть подобное, - по совокупности преступлений (как  пособничество в преступлении исполнителя  и  по ст. 235  УК 1999 года). Несправедливость такого положения очевидна. Для устранения этой парадоксальной ситуации желательно внести изменения в п. 1 примечания к ст. 235 и сформулировать его возможно следующим образом: «Уголовной ответственности  за деяния, указанные в настоящей  статье, не подлежит лицо, подготовившее  или совершившее преступление, посредством  которого приобретены материальные ценности». [4, с.23].

Преступления, предусмотренные  ст.ст. 235 и 236 УК, имеют много общего. Так, у них одинаков предмет преступления: материальные ценности (денежные средства, ценные бумаги, иное имущество), добытые  преступным путем. Также данные составы  имеют одни и  те же признаки субъекта: общий, с 16 лет.

Однако они имеют и много  различий. Во-первых, различна объективная  сторона. Легализация материальных ценностей, добытых преступным путем, осуществляется посредством совершения финансовых  операций и других сделок с материальными ценностями, приобретенными заведомо преступным путем, и использования  указанных материальных ценностей  для осуществления предпринимательской  и иной хозяйственной деятельности.  
Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 236 УК  состоит в действиях (альтернативных): приобретении (то есть возмездном или безвозмездном получении предмета преступления путем покупки, получения в дар, мены, в порядке возмещения ущерба и др.), хранении (то есть фактическом обладании предметом преступления) или сбыте (то есть продаже, обмене, дарении или ином отчуждении предмета преступления другому лицу).

Во-вторых, они различаются по субъективной стороне: легализация материальных ценностей, добытых преступным путем, имеет обязательный признак –  цель: утаивание или искажение  природы, происхождения, местонахождения, размещения, движения или действительной принадлежности указанных материальных ценностей и соотносимых с  ними прав. Приобретение либо сбыт материальных ценностей, заведомо добытых преступным путем, такого признака не имеет. [11, с. 330].