Организация хозяйственной деятельности,
не разрушающей биосферу, а ее
сохраняющей, т.е. экологодопустимой,
не выходящей за пределы несущей емкости
экосистем, - одно из центральных направлений
становления будущего устойчивого общества.
Биосфера с этой точки зрения должна рассматриваться
уже не только как кладовая и поставщик
ресурсов, а как фундамент жизни, сохранение
которого должно быть обязательным условием
функционирования социально-экономической
системы и ее отдельных элементов.
Пока не существует удовлетворительного
научно обоснованного подхода
к созданию полностью биосферосовместимого
хозяйства. Хозяйственная деятельность
в XX в., ориентированная на быстрые темпы
экономического роста, стала разрушительной
силой для человека и биосферы. Но до сих
пор биосферосовместимая экономика выглядит
как очередная утопия и неясны пути и механизмы
ее формирования, которые устроили бы
современную цивилизацию. Разрешение
этого эколого-экономического противоречия
видится в создании новой модели хозяйствования,
равновесной, или устойчивой, экономики,
базирующейся на принципах всесторонней
и полной интенсификации и экологизации.
Глубинная сущность перехода
к устойчивому развитию заключается
в выживании человечества и
одновременном сохранении биосферы,
иными словами, в сохранении
биосферы и цивилизации. Однако
для того чтобы выжить, сохраниться
как уникальный биологический вид,
человеку необходимо кардинальным образом
трансформировать все сферы своей деятельности
в направлении существенного уменьшения
давления на биосферу - почти на порядок.
Это очень сложная задача, и ее выполнение
во многом противоречит всему тому, что
характерно для модели неустойчивого,
или экономоцентрического, развития, начавшегося
с перехода человечества к производящему
хозяйству. Экологическую несостоятельность
этой модели особенно ярко продемонстрировал
XX век.
XXI век может оказаться переломным
в истории цивилизации, ибо на его протяжении
должен разрешиться главный вопрос - быть
или не быть человечеству. Переход к устойчивому
развитию и позволит его разрешить, так
как создает возможность выживания и дальнейшего
непрерывного развития цивилизации, но
в существенно измененной, биосферосовместимой,
форме, когда человек не разрушает природную
среду своего обитания - эту естественную
колыбель любой жизни, в том числе и разумной.
В настоящее время во всем мире разрабатывается
концепция устойчивого развития, которая
должна в научном плане превратиться в
теорию, а в практическом - в стратегию
устойчивого развития, и мировое сообщество
должно реализовать эту стратегию, чтобы
выжить в наступившем тысячелетии.
В 2002 г. исполняется 10 лет со
времени проведения ЮНСЕД, и эту дату планируется
отметить созывом Всемирного саммита
по устойчивому развитию (“Рио+10”), который
состоится в сентябре 2002 г. в Йоханнесбурге
(ЮАР) под эгидой ООН. “Саммит Земли III”,
как его еще называют, должен подвести
итоги, в которыми человечество подошло
к третьему тысячелетию, скорректировать
дальнейшее движение в соответствии с
новой стратегией цивилизационного развития.
Каждая страна, которая примет
участие в саммите “Рио+10”,
должна будет оценить свой
вклад в устойчивое развитие цивилизации,
выявить трудности, с которыми она сталкивается,
и определить проблемы, которые предстоит
решить. Вклад в устойчивое развитие России
наиболее значителен не столько на практическом
уровне (как и все страны мира, она по инерции
продолжает свои реформы в рамках модели
неустойчивого развития), сколько на теоретическом:
отечественные ученые существенно разработали
концептуальные основы устойчивого развития.
Накануне Всемирного саммита
по устойчивому развитию наряду
с подготовкой официальных документов
и докладов российской общественности
целесообразно проанализировать, что
же представляет собой концепция устойчивого
развития. Собственно говоря, именно на
начальном этапе перехода мирового сообщества
к новой форме (стратегии) развития важно
объединить уже существующие в различных
странах и исследовательских коллективах
научные разработки и их результаты, которые
содействовали бы формированию образа
нашего устойчивого будущего.
3.
Взаимосвязь устойчивого
развития и безопасности
Процесс перехода к устойчивому
развитию является глобальным, и
отдельно взятая страна не
может перейти на этот путь,
пока другие страны будут оставаться
в рамках старой модели развития.
Вот почему важно использовать
стихийно начавшийся процесс
глобализации и направить прежде всего
его экономическую, экологическую и социальную
составляющие на реализацию целей устойчивого
развития. Тем самым процесс глобализации,
развертывающийся по инициативе постиндустриальных
государств, транснациональных корпораций
и всемирных организаций стал бы способствовать
переходу мирового сообщества не к постиндустриальному,
а к устойчивому будущему всей цивилизации.
В переходе к устойчивому развитию
Россия имеет ряд особенностей
(в первую очередь имеются в
виду высокий интеллектуальный потенциал
и наличие мало затронутых хозяйственной
деятельностью территорий, составляющих
более 60 % всей территории страны), благодаря
которым она может сыграть роль лидера
в переходе к новой цивилизационной модели
развития. В настоящее время важно выйти
из системного кризиса, обрести относительно
стабильное и безопасное состояние, из
которого можно наименее болезненно начать
переход на траекторию устойчивого развития.
Как уже отмечалось, глубинная
суть устойчивого развития заключается
в сохранении и цивилизации, и биосферы.
Представляется целесообразным особое
внимание обратить на связь идей устойчивого
развития и становления ноосферы. Ноосферная
ориентация устойчивого развития выдвигает
на первое место интеллектуально-духовные
и рационально-информационные факторы
и ресурсы, которые в отличие от материально-вещественных
и природных ресурсов и факторов безграничны
и создают основу для выживания и непрерывно
долгого развития цивилизации. Именно
поэтому в заключительной части Концепции
перехода Российской Федерации к устойчивому
развитию речь идет о ноосфере как целевой
ориентации устойчивого развития, таком
этапе развития цивилизации, когда критерием
индивидуального и национального богатства
станут духовные ценности и знания человека,
живущего в гармонии с окружающей средой.
Недавно об этом напомнил Президент
РФ В.В.Путин на состоявшемся 15
ноября 2000 г. деловом саммите стран
АТЭС “Бизнес и глобализация”,
отметив, что на фундаменте
учения о ноосфере фактически
строится сегодня концепция устойчивого
развития. Сделать такое напоминание уместно
и здесь - чтобы подчеркнуть, что идея устойчивого
развития, довольно часто выдаваемая за
сугубо западную, имеет российские корни,
и обратить внимание на уже выявленную
специфику перехода России к устойчивому
развитию.
Это важно и потому, что государственная
стратегия должна содержать не
только общие рекомендации относительно
последующего развертывания хозяйственной,
организационно-управленческой и
иной практической деятельности,
- она должна также стать мировоззренческим
ориентиром для всего XXI в. и даже для всего
III тысячелетия. Именно в этом веке и тысячелетии
должно разрешиться противоречие между
старой моделью цивилизационного развития
(т.е. неустойчивого развития) и пока только
теоретически декларируемой моделью устойчивого
развития, которой, на наш взгляд, надо
придать ноосферную ориентацию. В зависимости
от этого XXI в. станет либо веком глобальной
антропоэкологической катастрофы, либо
веком выживания и устойчивого развития
цивилизации.
Специфика перехода России к устойчивому
развитию помимо сказанного выше о необходимости
его ноосферной ориентации связана с тем,
что этот переход по историческим масштабам
времени совпадает с переходом к рыночным
отношениям и демократии. Важно, чтобы
дальнейшие реформы и государственные
решения ориентировались на стратегию
устойчивого развития страны, а не на модернизационные
рецепты сторонников движения по модели
неустойчивого развития. Если стратегия
устойчивого развития окажется в фокусе
формируемой сейчас национальной идеи,
Россия обретает шанс уйти от модернизационно-догоняющих
преобразований, уводящих на периферию
мирового развития, мы сможем перейти
к опережающим и сбалансированным действиям
путем принятия комплексных решений в
духе новой цивилизационной парадигмы.
Еще одна важная концептуальная идея
связана с актуальной необходимостью
сопряжения концепции перехода к устойчивому
развитию с концепцией национальной безопасности.
Налицо противоречие между уже разработанными
концепциями безопасности (в том числе
и в новых редакциях) и Концепцией перехода
РФ к устойчивому развитию. Это обусловлено
в основном тем, что обеспечение безопасности
до их пор мыслилось в рамках старой модели,
т.е. модели неустойчивого развития. В
соответствии с таким мировоззренческим
принципом принятие государственных решений
носит несистемный, в основном ведомственный
характер. В существующей практике принятия
государственных решений имеется противоречие,
которое необходимо разрешить, с тем чтобы
существенно повысить их эффективность.
Это противоречие заключается в том, что
государственные решения принимаются,
как правило, без учета обеспечения безопасности
их реализации, а уже потом принимаются
решения Советом безопасности в его области
компетенции.
Приведем характерный пример
подобной процедуры принятия решений.
Правительство РФ обсуждает и принимает
Государственную стратегию социально-экономического
развития страны до 2010 г., и только спустя
почти год начинается разработка новой
редакции Государственной стратегии экономической
безопасности Российской Федерации, которая
должна быть завершена к середине 2002 г.
(и рассчитана на те же сроки).
Как правило, важные государственные
решения, принимаются без учета
обеспечения безопасности и в
других сферах, и это обусловлено
прежде всего неадекватным представлением
о роли и месте безопасности в процессах
развития. Чаще всего безопасность понимается
как особая область деятельности, которая
как бы дополняет основной вид деятельности,
защищает его от внешних либо внутренних
угроз и опасностей. В определенной степени
подобное понимание безопасности как
состояния защищенности жизненно важных
интересов личности, общества и государства
(объекта безопасности) от внутренних
и внешних угроз правомерно и даже отражено
в федеральном законе “О безопасности”
(1992 г.). Вместе с тем если обеспечение безопасности
мыслить как защиту основной деятельности,
то происходит раздвоение деятельности
на созидательную и дополнительную, связанную
с обеспечением безопасности. К тому же
в рамках модели неустойчивого развития
безопасность можно обеспечить лишь временно
и на самом минимальном уровне.
Вот почему идея реализовать
обеспечение безопасности через
развитие [7] оказывается наиболее
плодотворной для решения проблемы
безопасности. В этом случае раздвоение
деятельности исчезает, основная созидательная
деятельность и обеспечение безопасности
совпадают, поскольку модель устойчивого
развития оказывается одновременно и
моделью безопасного развития. Если мы
принимаем принцип обеспечения безопасности
через развитие, то это однозначно приводит
к обеспечению безопасности именно через
устойчивое развитие, и иной модели развития,
где могла бы быть гарантирована безопасность,
причем на длительное время, просто не
существует.
ЮНСЕД связала развитие с охраной
окружающей среды, а мы сейчас
должны выйти на более широкую концепцию,
связав развитие с безопасностью во всех
сферах. Это означает, что сказанное выше
относится не только к проблеме экологической
безопасности, которой в обсуждаемом проекте
стратегии отведено основное место, но
и ко всем видам социально- экономической
и иной деятельности, особенно если принимаются
решения на государственном уровне (ведь
государство как раз и является основным
субъектом обеспечения безопасности личности,
общества и самого государства). Таким
образом, речь идет об одновременном обеспечении
экономической эффективности и экономической
безопасности, социальной справедливости
и социальной безопасности, экологической
безопасности и коэволюционного развития.
Ведь особенностью перехода каждого
суверенного государства является
реализация им своих национальных интересов
(в том числе в плане обеспечения безопасности),
а теперь также - одновременная по историческим
масштабам ориентация на переход к устойчивому
развитию. Совершенно очевидно, что разрешение
этого противоречия связано с тем, что
обеспечение безопасности должно все
в большей степени осуществляться через
развитие и все в меньшей - через защиту,
что вынуждает найти консенсус между новым
мировоззрением, соответствующим идее
устойчивого развития, и мировоззрением,
на котором до сих пор основывалось обеспечение
безопасности любого государства через
защиту.
Именно поэтому реальный переход
к устойчивому развитию начнется
только тогда, когда на уровне
государственного управления решения
по обеспечению безопасности
станут приниматься одновременно с решениями
по основным видам деятельности. Устойчивое
развитие - это не только системное единство
экономических, социальных и экологических
видов и аспектов деятельности, но и имманентная
взаимосвязь развития и безопасности,
это обеспечение безопасности через развитие
и развитие через обеспечение безопасности.
В свете сказанного важно во
всех разделах проекта обсуждаемой
стратегии связать переход к
устойчивому развитию с обеспечением
национальной и других видов
безопасности (как это сделано в отношении
экологии и процесса экологизации). Это
важно прежде всего для того, чтобы не
поступили “как всегда” и, приняв стратегию,
через некоторое время не стали разрабатывать
стратегию ее защиты, т.е. ее безопасной
реализации.
В настоящее время во всех странах
мира, и в том числе, как уже отмечалось,
в России, обеспечение безопасности мыслится
и реализуется в соответствии с моделью
неустойчивого развития. Такая традиционная
ориентация в области безопасности сталкивается
со все большими трудностями и в принципе
бесперспективна, несмотря на все возрастающие
финансовые и административно-организационные
ресурсы, вкладываемые в это направление
человеческой деятельности. Важно концептуально-мировоззренчески
осознать неэффективность традиционного
подхода к обеспечению безопасности во
всех видах деятельности и для всех объектов
(для человечества, биосферы, государства,
личности и социума) и разработать новый
теоретико-методологический подход к
решению этой жизненно важной проблемы.