Биография А.С.Пушкина

Автор: Пользователь скрыл имя, 03 Января 2011 в 13:27, биография

Описание работы

Пушкин (Александр Сергеевич) - величайший русский поэт, род. 26 мая 1799 г., в четверг, в день Вознесения Господня, в Москве, на Немецкой ул. О своих предках по отцу он пишет в 1830-31 гг.: "Мы ведем свой род от прусского выходца Радши или Рачи (мужа честна, говорит летописец, т.е. знатного, благородного), въехавшего в Россию во время княжения св. Александра Ярославича Невского... Имя предков моих встречается поминутно в нашей истории. В малом числе знатных родов, уцелевших от кровавых опал паря Иоанна Васильевича Грозного. историограф именует и Пушкиных.

Работа содержит 1 файл

биография.docx

— 97.56 Кб (Скачать)

В августе он испросил себе двухмесячный отпуск, чтоб осмотреть край, где разыгралась  пугачевщина, побывал в Казани, Симбирске, Оренбурге, Уральске и около 11/2 месяцев  провел в Болдине, где привел в  порядок "Записки о Пугачеве", перевел 2 баллады Мицкевича, отделал  лучшую из своих сказок - "О рыбаке и рыбке" - и написал поэму "Медный Всадник", которая первоначально  должна была составлять одно целое  с "Родословной моего героя", но потом, без сомнения к своей  выгоде, отделилась от нее.

По основной идее, противополагавшей личные интересы - общим, государственным, маленького, слабого человека с его личным счастьем - страшной силе, символизированной  в медном великане, личность пострадавшего  не должна выдвигаться вперед; довольно одного намека на былую славу его  предков.

Идею вступления П. взял из статьи Батюшкова: "Прогулка в академию художеств". Мысль сделать  из статуи Фальконета палладиум Петербурга пришла поэту, говорят, под влиянием рассказа гр. М. Ю. Вьельгорского о  видении, сообщенном Александру I в 1812 г. кн. А. Н. Голицыным.

По достоверному преданию (см. кн. П. П. Вяземского, "П. по документам Остаф. Архива", СПб., 1880, стр. 77), в первоначальном тексте был  очень сильный монолог Евгения  против петровской реформы, ныне исчезнувший. "Медный Всадник" не был пропущен цензурою (напеч. по смерти П. в "Соврем.", т. V), что неблагоприятно отозвалось на делах П. (см. п. No 358).

К тому же 1833 г. относятся  сказки: "О мертвой царевне" и "О золотом петушке", без  сомнения основанные на старых записях  П., и поэма "Анджело" - переделка  пьесы Шекспира "Мера за меру", в которой П., очевидно, пленил психологический  вопрос, как нетерпимость к порокам  других может уживаться с собственным  падением. Наконец, к тому же 1833 г. относится  и последняя редакция глубокой по идее и чудно-прекрасной по выполнению, но доведенной только до половины поэмы "Галуб". Она задумана вовремя  путешествия по Кавказу в 1829 г. и, судя по обеим программам, до нас  дошедшим, должна была изображать героя  Тазита сознательным носителем идеи христианской любви и готовности на страдания. "Галуб" - одно из крупных  указаний на присущее П. в это время  искреннее и сильное религиозное  чувство.

В конце 1833 г. П. пожалован камер-юнкером, а в марте 1834 г. ему дано 20000 руб. на печатание "Истории Пугачевского бунта". Несмотря на это, П. становится все труднее  и труднее жить в Петербурге: свой годовой бюджет он исчисляет в 30000 руб., а доходы его крайне неопределенны. К тому же дела его родителей были настолько запутаны, что он принужден  был взять их на себя, после чего и отец, и брат обращаются к нему за деньгами, как в собственный  сундук.

Маленькое придворное звание, принуждающее его, вместе с  юнцами из лучших фамилий, бывать на всех торжествах, доставляет ему немало неприятных минуть и уколов его чувствительного  самолюбия.

Летом 1834 г., принужденный остаться в Петербурге из-за работы и отпустив семью в деревню, к  родным жены, он пишет ей: "Я не должен был вступать на службу и, что  еще хуже, опутать себя денежными  обязательствами... Зависимость, которую  налагаем на себя из честолюбия или  из нужды, унижает нас. Теперь они  смотрят на меня, как на холопа, с  которым можно им поступать, как  им угодно" (No 387).

Вскоре после  этого, раздраженный рядом мелких неприятностей, П. подал в отставку; но Жуковской  и другие благожелатели поспешили  его "образумить", а государь обвинил  его в неблагодарности, так что  он должен был взять свою просьбу  назад, с изъявлением глубокого  раскаяния.

В сентябре 1834 г., когда П. жил в Болдине, устраивая  дела отца и ожидая вдохновения, у  него начинает вновь созревать мысль  о журнале. Зимою 1834- 35 г. с П. живут  сестры Натальи Николаевны, что увеличивает  число светских знакомств П. В  Смирдинской "Библиотеке для Чтения" появляются; между прочим, его "Гусар" и "Пиковая дама" (последняя  производит фурор даже в высшем петербургском  свете) - два наиболее характерные  выражения русского реального романтизма, созданного П., где фантастика неотделима от пластически выраженной действительности.

П. по прежнему усердно  работает в архивах, собирая материалы  для истории Петра Великого, и  утешается развитием русской  литературы, вступавшей, с усилением  влияния Гоголя, в новый фазис.

Личные дела П. запутаны по прежнему, и он принужден  просить о новой милости - о  ссуде в 30000 руб., с погашением долга  его жалованьем; милость эта была ему оказана, но не избавила его от затруднений. Осенью 1835 г. в Михайловском он долго ожидает вдохновения: ему  препятствуют заботы о том, "чем  нам жить будет?" (пис. No 428).

Для поправления  своих дел П. вместе с Плетневым, при непременном участии Гоголя, задумал издать альманах; когда же материалу оказалось более, чем  нужно, он решил издавать 3-х месячный журнал "Современник".

Возможность осуществить  свое давнишнее желание очень  ободрила П.; по возвращении в Петербург, куда он был вызван раньше срока  отпуска опасной болезнью матери, он начал работать с давно небывалой  энергией. Этот усиленный труд дурно  отзывался на нервах П. и без того непомерно возбужденных и расшатанных.

Ко 2-ой половине 1835 г. П. начал писать историческую драму: "Сцены из рыцарских времен"; план ее был очень широко задуман. Брат Бертольд, занимающийся алхимией, введен сюда вовсе не для пополнения средневековой обстановки: его знаменитое открытие должно было обусловить развязку, поэт имел в виду не мрак средних  веков, а гибель их под ударами  пробужденного народа и великих  изобретений.

Тогда же он принялся за отделку чрезвычайно оригинальной и по форме, и по содержанию повести "Египетские ночи", куда входила  античная поэма, сюжет которой занимал  его с самого Кишинева. Важное автобиографическое значение имеет неоконченная элегия: "Вновь я посетил". До какой  небывалой ни прежде, ни после энергии  дошел стих П., видно из его оды-сатиры: "На выздоровление Лукулла" (против С. С. Уварова), популярность которой  была потом крайне неприятна самому автору (см. п. No448).

Начало 1836 г. П. посвящает  приготовлениям к "Современнику", 1-я книжка которого, составленная очень  старательно и умело и открывавшаяся  стих. "Пир Петра Великого" (высокохудожественный отзвук архивных занятий поэта), вышла 11 апреля в отсутствие П., у которого 29 марта умерла мать: он поехал в  Михайловское (в Святогорский монастырь) хоронить ее и кстати откупил себе могилу.

Все лето, которое  П. провел на даче на Каменном Острове, ушло на работы по "Современнику". В 4-ой его книжке был напечатан  целиком лучший роман П.: "Капитанская  дочка"; поэт задумал его еще  в 1833 г., во время усиленных работ  над пугачевщиной, но совершенно в  ином виде - только как романический эпизод из смутного времени (по 1-ой программе  герой Шванвич, по 2-й - Башарин, лица более или менее исторические; в основе нынешней редакции - рассказ  об офицере, замешанном в пугачевском  процессе, которого спас старик отец, лично  обратившийся к императрице.

Подробности см. в книге Н. И. Черняева, "Капитанская  дочка, историко-критический этюд", М., 1897). Простота и правдивость тона и интриги, реализм характеров и  картин, тонкий добродушный юмор не были оценены по достоинству современниками П., но на будущие судьбы русского исторического  романа "Капитанская дочка" имела  огромное и благотворное влияние.

Оставаясь истинным и безусловно правдивым художником, П. сознательно заступается за униженных  и оскорбленных; "извергу" Пугачеву он придает доброе сердце, а героиней, восстановительницей правды, делает совсем простую и робкую девушку, которая двух слов сказать не умеет, но инстинктом и сердечностью заменяет блеск ума и силу характера "Капит.

Дочка" наиболее яркое проявление того поворота в  творчество П., который чувствуется  уже после 1830 г. и который сам  поэт называет воспеванием милосердия и призывом милости к падшим ("Памятник").

Еще в 1832 г. он задумал  повесть "Мария Шонинг", в основе которой лежала история девушки  и вдовы, казненных за мнимое преступление. От повести сохранились только два  начальных письма, когда и кроткая героиня, и ее подруга еще не успели испытать всех ужасов нужды и жестоких законов, но уже началась война между несчастной сиротой и бессердечным обществом. Нельзя не признать кровного родства между Марией Шонинг и Машей "Капит. дочки".

С этим поворотом  совпадает стремление поэта к  изображению современного общества, "как оно есть": в 1835 г. П. обдумывал  роман "Русский Пельгам", к которому вдохновил его юношеский социальный роман Бульвера: "Пельгам или  приключения джентльмена".

В обоих сохранившихся  планах П. герой очищается от своего легкомыслия страданием и тем, что  считается в глазах общества падением (он сидит в тюрьме по обвинению  в уголовном преступлении); злодея романа П. характеризует словами tres comme il faut.

Но этот поворот  не успел завершиться и выразиться в зрелых и законченных художественных работах: дни П. были сочтены. В петербургском  большом свете, куда П. вступил после  женитьбы, он и жена его были "в  моде": жена - за красоту и изящество  манер, он - за ум и талант. Но их не любили и охотно распространяли об них самый  ядовитые сплетни.

Даже кроткая  Наталья Николаевна возбуждала злую зависть и клеветы (см. письмо П. к  П. А. Осиповой, No435); еще сильнее ненавидели самого П., прошлое которого иные находили сомнительным, а другие - прямо ужасным, и характер которого, и прежде не отличавшийся сдержанностью, теперь, под  влиянием тяжелого и часто ложного  положения (он должен был представляться богаче, чем был в действительности), бывал резок до крайности.

Его агрессивное  самолюбие, его злые характеристики, некоторые его стихотворения ("Моя  родословная", "На выздоровление  Лукулла" и пр.) возбуждали к нему скрытую, но непримиримую злобу очень  влиятельных и ловких людей, искусно  раздувавших общее к нему недоброжелательство. П. чувствовал его на каждом шагу, раздражался  им и часто сам искал случая сорвать на ком-нибудь свое негодование, чтоб навести страх на остальных.

4 ноября 1836 г.  П. получил три экземпляра анонимного  послания, заносившего его в орден  рогоносцев и, как он был  убежден, намекавшего на настойчивые  ухаживания за его женой кавалергардского  поручика бар. Дантеса, красивого  и ловкого иностранца, принятого  в русскую службу и усыновленного  голландским посланником, бар.  Геккереном. П. давно уже замечал  эти ухаживания (п. No 47) и воспользовался  получением пасквиля, чтобы вмешаться  в дело.

Он отказал  Дантесу от дому, причем Дантес играл  роль такую "жалкую", что некоторое  сочувствие, которое, может быть, питала Наталья Николаевна к столь "возвышенной  страсти" - сочувствие, старательно  подогревавшееся бар. Геккереном, - потухло в "заслуженном презрении".

Так как сплетни  не прекращались, то П. вызвал Дантеса  на дуэль; тот принял вызов, но через  бар. Геккерена (см. п. No 477; ср. "Воспом." гр. В. Д. Сологуба, М., 1866, стр. 49) просил отсрочки на 15 дней. В продолжение  этого времени П. узнал, что Дантес сделал предложение его свояченице Ек. Н. Гончаровой - и взял свой вызов  назад.

Свадьба произошла 10 января 1837 г.; друзья П. успокоились, считая дело поконченным. Но излишние и со стороны иных злостные старания сблизить новых родственников снова все  испортили: П. очень резко выражал  свое презрение Дантесу, который  продолжал встречаться с Натальей Николаевной и говорить ей любезности, и Геккерену, который усиленно интриговал против него. Сплетни не прекращались.

Выведенный окончательно из терпения, П. послал Геккерену крайне оскорбительное письмо, на которое  тот отвечал вызовом от имени  Дантеса. Дуэль произошла 27 января, в 5-м часу вечера, на Черной речке, при  секундантах: секретаря франц. посольства д'Аршиаке (со стороны Дантеса) и  лицейском товарище П., Данзасе.

Дантес выстрелил  первым и смертельно ранил П. в  правую сторону живота; П. упал, но потом  приподнялся на руку, подозвал Дантеса  к барьеру, прицелился, выстрелил  и закричал: браво! когда увидал, что противник его упал.

Но, почувствовав опасность своего положения, П. опять  стал добрым и сердечным человеком: прежде всего старался не испугать жены, потом постарался узнать правду от докторов, послал к государю просить  прощения для своего секунданта, исповедывался, приобщился, благословил детей, просил не мстить за него, простился с друзьями и книгами, перемогал ужаснейшие физические страдания и утешал, сколько  мог, жену.

Он скончался  в 3-м часу по полудни 28 янв. 1837 г. Его  отпевали в придворной конюшенной церкви, после чего А. И. Тургенев отвез его  тело для погребения в Святогорский м-рь, близ Михайловского.

Русское интеллигентное общество было сильно поражено неожиданной  смертью Пушкина (см. Барсуков, "Погодин", IV, 44 и след.); даже заграницей, в Германии и Франции, газеты несколько дней были наполняемы подробностями (часто  очень фантастичными) о его жизни  и смерти. Именно с этого момента  там является интерес к изучению русской литературы.

Информация о работе Биография А.С.Пушкина