Основоположение латинского языка

    Помимо  общих грамматических руководств, дошли  трактаты по специальным вопросам. Орфографии посвящены работы Велия Лонга (II в.), Теренцня Скавра (II в.) и других позднейших авторов. Вопросы фонетики античная теория тесно связывала с ритмометрическнми проблемами, и самое подробное описание звуков латинского языка мы находим в произведении Теренциана Мавра (II—III вв.) „De litteris, de syllabis, de metris". Грамматическое учение, представленное во всех этих трудах, сложилось в основных своих чертах во II—III вв. н. э., в период господства архаистического направления в римской литературе. Наблюдения грамматиков относятся главным образом к литературному языку времен республики и века Августа; явления более позднего времени редко вызывают у них интерес. Если меньше внимания уделяют они народноразговорной речи, которая попадает в их кругозор лишь в негативном плане, в порядке предостережения от орфоэпических и орфографических ошибок. В этом отношении интересно приложение к руководству Проба, так называемое „Appendix Probi", в котором имеется перечень 227 правильных форм с противопоставлением им форм неправильных: telonium non toioneum часто  встречающиеся. Нормы литературного языка. В том же приложении к Пробу есть раздел „differentiae", семантических различий между словами, близкими по значению или по звучанию, и в числе этих последних имеются слова, сблизившиеся между coooii по звучанию в результате фонетических процессов эпохи империи (labat: lavat). К сожалению, ни время, ни место составления ..Appendix Probi" не могут быть точно определены.1

    Труды грамматиков в значительной мере обесцениваются недостатками, присущими античной языковой теории: ограниченностью лингвистического интереса, замыкающегося в пределах родного языка, н притом почти исключительно с узко практической нормативной целью, ошибочными представлениями о языковом развитии, мыслящемся как ряд сознательных „изобретений", а также о соотношении между звуком и значением, наивностью фонетических представлений, нгуме-нием анализировать морфологический состав слова, склонностью к этимологической фантастике. У римлян к этому присоединяется порой и некритическое следование греческим теориям. Толкования, которые римские грамматики дают фактам латинского языка, оказываются часто — хотя н отнюдь не всегда — для нас бесполезными. Но это еще не опорочивает свидетельской ценности их показаний о самих фактах. Вопрос о том, не искажены ли факты в угоду ложной теории, приходится, конечно, решать от случая к случаю, но там, где есть возможность проверить грамматическую традицию помощью сопоставления с другими источниками, эта традиция чаше всего подтверждается.  
 
 
 

    Заключение.  

    Переходя  к рассмотрению внутренних процессов  развития латинского языка в интересующий нас период, надлежит провести разграничение между письменным языком н языком устной речи, ибо здесь наблюдается тенденция к известному разрыву между ними.

      Фонетико-морфологнческая система  литературного языка окончательно  стабилизировалась к началу эпохи империи. По сравнению с классической прозой I в. до н. э. произошли очень незначительные изменения, которые частично представляют собою, быть может, лишь закрепление процессов, уже   ранее  завершенных,  но  скрытых  от нас правописанием  времен  республик..

    Переход конечного -6s > -us, -6in^>-usn. происшедший еще на рубеже III—II столетий, несколько задержался после неслогового и или q^: salvos, equns: в т'»н же позиции задержался переход -о- в -й- перед заканчивающим слог велярным -1: volt, volgus. С начала империи письмо неслоговое и в I в. окончательно становится спирантом v. Возможно, что с этим связана орфографическая реформа, которую пытался провести император Клавдий. Он ввел три новых буквы: h-, встречающуюся в эпиграфических памятниках, вместо греческого и, но задуманную, может быть, для того латинского звука, который наши источники определяют как „средний" между i и u (optumus optimus, J для v; э для сочетаний bs и ps. Реформа эта успеха не имела. Пока Клавдий был жив, государственная канцелярия применяла новые буквы, но затем и она вернулась к обычному письму.

    Более серьезное значение имело сокращение конечного -о, раньше захватывавшее  только слова ямбической  или. кретической  формы: volo, nescio. Начиная с Овидия, мы находим краткое -о в 1-м л. ед. ч. глаголов (tollo), а у Сенеки и в датнве-аблативе ед. ч. второго склонения (vincendo). Это явление показательно для неуклонного, хотя и медленного процесса уничтожения количественных различий между гласными, начавшегося с конечного слога.

    В морфологической области имела место дальнейшая унификация третьего склонения. В то время как согласные основы издавна имели единую форму им.-вин. падежа мн. ч. на -es, в основах на -i- эти формы различались: им. п. -es (<C,'-ei-es) и вин. п. -is (<C*-i-ns): oves— ovis. С I в. н. э. и здесь устанавливается окончание -es. На этом развитие фонетико-мор-фологнческой системы литературного языка заканчивается. Грамматики начала империи, во главе с Реммием Па-лемоном, кодифицируют эту систему, устанавливают твердые правила орфографии. Это та система, которая н поныне принята у нас при печатании латинских текстов, если не преследуется целей точного воспроизведения исторических особенностей языка 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Список  используемой литературы. 
 
 

1) Чернявский  М.Н  Латинский язык и основы  терминологии./ Чернявский М.Н учебник - М.: Медицина, 2000. – 336 с.-Библиогр: с.6-23.  

2) Тронский  И. М., Очерки из истории латинского  языка./Тронский И.М - М.: Молодая гвардия, 1953. – 267с. – Библиогр: с37-250.

3)  Историческая грамматика латинского языка./ Под ред. А.К. Владимирова. – М.: Наука, 1960.-158с.- Библиогр: с5-150.

4)  Культура Древнего Рима./ учебник  - М.: Просвещение, 1985.- 289с. Библиогр: с78-165.

5)  Соболевский С.И. Грамматика латинского  языка./ Соболевский С.И.  - М.: Просвещение, 2008.- 264с. Библиогр: с85-260.