Информационные/психологические войны: современные тенденции

Психологическая операция, как правило, содержит три этапа, где каждый последующий шаг опирается  на предыдущий:

1. Разрушение противодействия, разрушение старой модели (картины) мира, что позволяет освободить нишу для проведения следующего этапа.
2. Введение новой информации в отношении старых моделей, зачастую противоположной старой.
3. Введение информации о новых объектах.

Подобная схема позволяет  перейти от введения информации к  введению нового типа поведения, опирающегося на новую информацию, что оказывается  возможным из-за произведенного изменения  в модели мира у потребителя этой информации.

Американские требования к планированию Психологической  операции включают следующие элементы:

• Анализ ситуации.
• Концепцию операции.
• Формулировку целей по отношению к конкретной аудитории.
• Руководство по использованию тем, с особым вниманием к темам, которых следует избегать.
• Четкие требования к подразделениям по ПсО и необходимой технике.
• Координацию.
• Логистику и финансирование.
• Расписание операций.

Информационно-психологические  операции в политической борьбе структурно могут быть представлены как состоящие  из трех основных компонентов:

• информационно-рекламной и/или информационно-пропагандистской деятельности;
• демонстрационных действий;
• организационно-практической деятельности.

Информационно-пропагандистская(информационно-рекламная) деятельность осуществляется в виде кампаний, акций и отдельных мероприятий с использованием средств массовой коммуникации, а также прямых контактов с различными аудиториями с применением соответствующих приемов и эффектов воздействия на психику людей.

Демонстрационные действия представляют собой акции и мероприятия, основное отличие которых от реальных практических действий заключается  в ориентации в первую очередь  не на их результат, а на использование  как средства психологического воздействия  на людей. В качестве таких действий могут выступать:

• угроза применения каких-либо санкций и мер по отношению к конкретным лицам или организациям;
• проведение благотворительных акций в период предвыборной борьбы;
• выдвижение и принятие значимых социальных программ и др.

Признаками отличия демонстрационных действий от реальных практических дел  выступают их приуроченность к социально  значимым событиям (например, выборам), сопровождение эффектной рекламной  кампанией, а также зачастую отсроченностью планируемых основных (конечных) результатов  и социально значимых последствий  на некий период.

Организационно-практическая деятельность реализуется в вид  мероприятий и акций обеспечивающего  характера, которые направлены на оказание психологического воздействия на определенны  лиц и группы людей или создание условий, повышающих его эффективность  и эффективность информационно-психологических  операций в целом или отдельных  информационно-пропагандистских акций. В структуре этой деятельности выделяются три основные группы организационно-практических действий:

• Действия, направленные на организационное, финансовое, материально-техническое и иное обеспечение информационно-пропагандистских (информационно-рекламных) акций с использованием средств массовой коммуникации.
• Действия, направленные на обеспечение демонстрационных действий, различных акций поддержки, митингов, демонстраций, собраний, встреч и т. п.
• Действия по проведению различных переговоров, привлечению влиятельных сторонников, организации финансовой и иной поддержки, проведению выгодных решений в органах исполнительной и законодательной власти на различных уровнях и т. п. Основные организационные формы таких действий — политические игры и лоббирование.

Общие правила (принципы) информационно-пропагандистских акций в ПсО:

• осуществление информирования по всем возможным каналам, которые достигают объектов ПсО;
• использование в пропагандистских акциях любых аргументов и доводов, которые могут служить достижению целей проводимых психологической операцией;
• постоянное составление (формирование) и распространение сообщений с искаженной, ложной или специальным образом подобранной информацией, в том числе в виде слухов;
• дифференцированный подход к объектам пропагандистских акций по возрастному, национальному, профессиональному и другим признакам;
• изменение содержания пропагандистских материалов, способов и средств их подачи в зависимости от обстановки: от незаметного и скрытого манипулятивного воздействия, до прямых побудительных призывов к активным действиям;
• постоянный учет психологических особенностей и состояний людей для того, чтобы расширить аудиторию объектов пропагандистских акций путем использования специальных приемов манипулятивного воздействия;
• использование в пропагандистских акциях проводимых ПсО граждан и других лиц, постоянно проживающих в странах-мишенях воздействия или выходцев из них.

Особенности организации  и проведения психологической операции:

• внезапность нанесения удара по противнику;
• скрытность стадии подготовки операции (в том числе возможность скрытного, практически не выявляемого разведкой противника маневрирования силами и средствами а также возможность их быстрого и скрытного сосредоточения вблизи границ и жизненно важных коммуникаций противника для внезапного нанесения удара);
• идеальные условия для маскировки и сокрытия истинны намерений, создаваемые использованием методов психологического и информационно-технического воздействия (средств информационно-психологической войны), возможность действовать под чужим флагом;
• отсутствие материальных следов агрессии, позволяющих установить истинного агрессора и привлечь его к международной ответственности;
• отсутствие необходимости физического вторжения на территорию противника и оккупации этой территории для до тижения своих целей;
• бездействие основного вооруженного потенциала государства, ставшего жертвой информационно-психологической агрессии фактическое бездействие или неэффективность традиционных военно-политических союзов, созданных для отражения попыток военного вторжения и коллективной обороны от традиционных средств вооруженного нападения;
• хорошие возможности для нанесения жертве агрессии (в условиях мирного сосуществования) ущерба, сравнимого с результатами военных действий на его территории, без специального объявления войны или каких-либо иных изменениях дипломатических отношений;
• серьезные трудности, испытываемые жертвой агрессии в обнаружении источника информационной (психологической) агрессии, ее квалификации и определении степени опасности и агрессивности выявленных атак (нападений) его информационные ресурсы и социальную сферу информационно-психологических отношений, а также истинных масштабов и целей агрессии, поскольку психологические операции проводятся тайно, с соблюдением мер конспирации и выявить факты проведения можно только в результате сложного процесса аналитической реконструкции (воссоздания замысла, структуры, установления целей, задач, сил и средств методов достижения целей и многого другого) такой операции по многочисленным внешним проявлениям и признакам, как правило, косвенным) этой деятельности агрессора, фиксируемым в физическом и информационно-психологическом пространстве. Такие трудности ставят жертву информационно-психологической агрессии в невыгодное положение, в первую очередь на начальных стадиях конфликта, когда требуются немедленные действия для предотвращения наносимого агрессором ущерба. Следует также отметить, что, в силу латентности протекания организационной и активной стадии информационно-психологической операции жертва агрессии может обнаружить, что на нее напали, только на завершающей стадии проведения такой операции, когда локализация ущерба уже вряд ли возможна;
• трудности, испытываемые жертвой агрессии при выборе системы мер реагирования на информационно-психологическую агрессию, предотвращения нанесения этим нападением ущерба государственным интересам и выборе адекватного ответа (ударом на удар). Это связано как с трудностями установления по немногочисленным, в основном косвенным, признакам и проявлениям истинных целей агрессивных действий, так и с отсутствием четкой общепринятой классификации (методики оценки) разновидностей информационно-психологической агрессии, позволяющей однозначно отнести те или иные действия, совершаемые агрессором в информационно-психологической сфере, к экспансии, агрессии или войне;
• отсутствие военно-политических блоков, союзов и коалиций, призванных обеспечивать коллективную безопасность от внешней агрессии в информационно-психологической сфере, что оставляет жертву информационно-психологической агрессии один на один с агрессором без какой-либо заранее подготовленной поддержки извне.⁶

Глава 2. Информационное противоборство в современную эпоху.

В настоящее время, по мнению американских специалистов, информационное противоборство (ИП) представляет собой  не просто вид обеспечения операций вооруженных сил путем нарушения  процессов контроля и управления войсками, радиоэлектронного подавления, морально-психологического воздействия  и т.д., но выходит далеко за пределы  перечисленных проблем. Об этом говорят  основные результаты исследований, проведенных  специалистами американской корпорации "Рэнд" в конце 90-х годов.

В январе 1995 года этой влиятельной  компании было поручено в рамках мероприятий, осуществляемых министерством обороны  США, выполнить ряд исследовательских  работ в этой области. Их целью  было определение ключевых характеристик  и особенностей применения информационного  оружия; уяснение возможного его влияния  на национальную безопасность; выявление  основных направлений деятельности в области ИП; укрепление национальной безопасности и усиление технологического превосходства в области создания информационного оружия; координация  деятельности научных и промышленных организаций при определении  основных направлений совершенствования  стратегии обеспечения безопасности национальных информационных систем. Результаты этих работ должны были послужить основой при обозначении  роли и места информационного  противоборства в национальной военной  стратегии США, и год спустя их представили в отчете MR-661-OSD (Strategic Information Warfare. A new face of War).

В этом документе впервые, вследствие осознания возможностей информационного оружия, появился термин Strategic Information Warfare - "стратегическое информационное противоборство". Такое противоборство, согласно заявлениям авторов отчета, представляет собой "использование  государствами глобального информационного  пространства и инфраструктуры для проведения стратегических военных операций и уменьшения воздействия на собственный информационный ресурс". Появление подобной терминологии существенным образом отличается от официальной трактовки информационного противоборства, закрепленной в директиве министерства обороны США DOD S 3600.1 (декабрь 1992 года), которая рассматривала ИП в достаточно узком смысле, в виде подобия радиоэлектронной борьбы.

В отчете говорится о том, что изменения в общественно-политической жизни ряда государств, вызванные  быстрыми темпами информатизации и  компьютеризации общества, ведут  к пересмотру геополитических взглядов руководства, к возникновению новых  стратегических интересов (в том  числе и в информационной сфере), следствием чего является изменение  политики, проводимой этими странами. Авторы подчеркивают, что, учитывая определение  войны, данное Клаузевицем ("война  есть продолжение политики другими  средствами"), глобальные противоречия требуют новых средств и методов  их разрешения - стратегического информационного  противоборства.

Проведенные исследования позволили  выделить следующие ключевые особенности  такого вида противоборства: сравнительно низкая стоимость создания средств  ИП; крушение статуса традиционных государственных границ при подготовке и проведении информационных операций; усиление роли управления восприятием  ситуации путем манипулирования  информацией по ее описанию; изменение  приоритетов в деятельности стратегической разведки, которые смещаются в  область завоевания и удержания  информационного превосходства; усложнение проблем обнаружения начала информационной операции; сложность создания коалиции против агрессора, развязавшего информационную войну (ИВ); наличие потенциальной  угрозы территории США.

Авторы особенно отметили тот факт, что основные положения  национальной военной стратегии  США не адекватны тем угрозам, которые возникают в ходе стратегического ИП. В связи с этим они высказали необходимость выполнения следующих рекомендаций: располагать центр координации работ по противодействию угрозам в информационной сфере в непосредственной близости от президента, поскольку только в этом случае можно обеспечить требуемый уровень координации деятельности всех министерств и ведомств; давать оценку уязвимости ключевых элементов национальной информационной инфраструктуры; обеспечивать главенствующую роль государства в координации работ по противодействию угрозам в информационной сфере; вносить коррективы в национальную стратегию безопасности и национальную военную стратегию в соответствии с особенностями ведения стратегического ИП. В заключительной части отчета MR-661-OSD анализируется предполагаемый ход информационного противоборства на примере возможного конфликта США и Ирана в зоне Персидского залива с использованием методики прогноза развития ситуаций, разработанной ранее в корпорации "Рэнд" и известной как "The Day After... - На следующий день..."

Суть понимания процессов  ведения стратегического ИП отражена в отчетах корпорации, выполненных  в 1998 году: MR-963-OSD (The Day After... in the American Strategic Infrastructure) и MR-964-OSD (Strategic Information Warfare Rising). В них на основе выполненных ранее  исследований о роли и месте информационного  противоборства, а также анализа  современного состояния в этой области  предпринята попытка прогноза (с  использованием уже известной методики "The Day After... ") динамики формирования ситуации в мире. Рассматривается  ряд возможных путей развития, в том числе завоевание Соединенными Штатами господства в области  ИП, создание элитарного клуба государств обладателей средств информационного  противоборства и ряд других. Был  также обоснован набор мероприятий, необходимых к осуществлению  в ближайшее время с тем, чтобы  достичь желаемого результата в  этой сфере в будущем.