Преобразование и сохранение естественной среды обитания человека

менее условен  по форме жанр садов. Художественно осмысленный сад, несмотря на свою наглядную

конкретность  знакомых всем природных форм, способен подниматься до уровня высоких абстракций – 

понятия. Внутренняя суть природных явлений, их скрытый  смысл всегда остаются центром подобного

произведения. Даже пейзажный парк, наиболее близкий  к естественной природе как произведение

искусства, не является прямым аналогом природы. Выделяясь  из окружающей среды благодаря 

деятельности  его создателей, он раскрывает наиболее эстетически ценное в природном материале,

представляя еще  одну сторону континуума, обогащенного творчеством людей.

   Во всех  сферах деятельности, связанных  с преобразованием живой природы,  ландшафта по 

законам красоты, – от выведения новых сортов декоративной флоры, эстетической организации

сельскохозяйственных  площадей до камерных форм садового искусства  – проявляется принцип 

пространственного единства как важного условия  сохранения естественной среды обитания человека.

Реализация этого  принципа осуществляется в природотворческой деятельности общества, получающей

все более конкретное оформление в качестве самостоятельного вида искусства. В этом виде творчества

природа не только среда, в которой происходит адаптация  общества. Здесь человечество

опредмечивает себя и, расширяя свой мир в процессах эстетического преобразования природы,

обогащает, продолжает ее и чем дальше, тем изменяет ее шире и существеннее. Создаются  реальные

предпосылки для  выхода за рамки отдельных естественных и художественно оформленных  природных

ансамблей, их объединения  в композиционное целое на целостно-нормативной  эстетической основе.

   Общество, являясь частью глобальной системы,  оказывает существенное воздействие  на 

качественную  сторону системы в целом. Академик В. Г. Нестеров считает, что вся история

человечества  представляет собой поучительную характеристику его деятельности по преобразованию

живой природы  в условиях ее развития. "Такой  подход человека к окружающей среде  вызывался,

вызывается и  будет вызываться тем, - пишет он, - что природа, вопреки некоторым воззрениям, не

вполне совершенна и может быть преобразована в  новые, более эффективные формы. Весь период

своего существования  человек стремился изменить природу  в своих интересах и достигал в этом

отношении успехов  тогда, когда условия среды соответствовали условиям существования новых видов

и форм организмов".

   Наряду  с творческой деятельностью людей,  направленной на сохранение и  дальнейшее 

обогащение природной  среды, в наше время имеет место  и столкновение развивающейся

промышленной  индустрии с природой, представляющей эстетическую ценность, что порождает 

конфликтные ситуации, которые не всегда могут быть решены в пользу последней. Поэтому возникает 

необходимость в идее компенсации, которая отражает дискретность объективного содержания

понятия сохранения. Можно выделить три основных пути компенсации разрушаемой природы,

выступающих на первый план в различные исторические периоды: самовосстановление природы,

интуитивная художественная деятельность человека природными средствами и целенаправленные

процессы создания культурного и художественного  оформления ландшафта. Они отражают уровень 

познания человеком  природы, ее творческого преобразования и связаны как с характером

природопользования, так и с социальной организацией общества.

   Явление  самовосстановления природы доминирует  преимущественно в периоды становления 

человеческого общества и первобытнообщинного  строя, где компенсаторные процессы ведут к 

прогрессивному  развитию новых, эстетически значимых природных форм. Если положение К. Маркса

о том, что природа  является естественным условием существования  человека, его неорганическим

телом, а ее целостность  – предпосылкой и необходимым  условием нормальной полноценной 

жизнедеятельности человеческого рода, имеет отношение ко всем периодам истории общества, то

первобытнообщинное  социальное устройство демонстрирует  наиболее прямые, непосредственные

формы "сращенности" человека и природы. И хотя биосфера является основным средством 

производства  и подвергается постоянным преобразованиям, отсутствие, а в дальнейшем даже наличие

"ручной" техники,  представляющей, по существу, продолжение  природной организации человека,

делает изменения, вносимые человеком, относительно незначительными. Ограничения, связанные с 

физическими, психологическими, интеллектуальными возможностями первобытных народов,

обусловливают ограниченность их репродуктивной и  реконструктивной деятельности в природе. Это 

обстоятельство  создает возможность самовосстановления природы.

   Более  того, оказываясь в процессах производства во власти природы, человек воспроизводит

свою органическую связь с ней, свою зависимость  от нее. В результате скорее интуитивного, чем 

осознанного чувства  возникают первые формы природоохранных  мероприятий, создающие условия

самовосстановления  природы. МЛ. Лифшиц замечает, что человек  мифологической эпохи,

“поднимаясь над  окружающей его природной средой, вступает в союз с ее элементарными 

механическими силами... Сама природа на уровне человеческого  бытия обретает субъективные

свойства, но это  совершается не в человеческой голове, взятой отдельно от внешнего объекта, а в 

практическом  взаимодействии людей с природой” . Использование законов природы  в хозяйственной 

деятельности  как компенсаторных сил и охрана природы в этот период были в основном

спорадическими  по характеру, но они все-таки создавали  возможность для самовосстановления

природы.

   Собственно  процессы самовосстановления природы  как часть общего процесса сохранения

присущи и более  поздним периодам человеческой культуры. Так, по достаточно компетентному 

источнику – "Запискам о московитских делах", составленным австрийским посланником ХVI в.

Герберштейном, в период основания и развития Москвы в ближайших окрестностях шла активная

вырубка леса. В  то же время оставлялись урочища, заповедники, являющиеся сегодня своеобразной

летописью изменения  растительного покрова, который  не потерял эстетическую ценность.

   Следует  обратить внимание на фактор  времени, играющий немаловажную роль в процессах

самовосстановления  природы. Уже на ранних ступенях становления  человеческой цивилизации 

процессы самовосстановления не всегда поспевают за разрушениями, наносимыми живой природе.

Механизм стихийной  охраны природы, наблюдающийся у ряда народов, не способен компенсировать

изменения в  природе, вызванные тотальным использованием человеком биосферы земли. На этой

почве возникает  диспропорция, которая по мере интенсификации общественного производства

углубляется и достигает на стадии высокого развития индустрии конфликтного состояния.

   Фактор  интуитивной художественной деятельности  по восстановлению утраченного 

гармоничного  единства человека и природной среды  доминирует преимущественно в 

докапиталистический период. Целенаправленное созидание в природе не характерно для этого этапа

социального развития. Неразвитость общественного производства, нерасчлененность во

взаимодействиях общества и природы обусловливает  природоограниченную целостность  в 

докапиталистических формациях. "Во всех формах общества, где господствует земельная

собственность, преобладают еще отношения, определяемые природой", – пишет К. Маркс. Уровень 

познания природы, также обусловленный преобладанием  сельскохозяйственного производства,

ориентирует человечество на утилитарное знание, оставляя в тени ее эстетическую ценность. Поэтому

первые немногочисленные произведения природотворчества решают прежде всего практические

задачи и лишь затем эстетические. Таковы сады Семирамиды древнего Вавилона – уникальное

архитектурное сооружение, на террасах которого были собраны коллекции древесных  и кустарниковых 

растений. Они  имели в первую очередь климатическое  и экологическое значение и лишь в длительной

эволюции эстетических потребностей человечества стали прообразом висячих садов как жанра

искусства.

   В современной  урбанизированной культуре "висячие  сады" на крышах, балконах домов,  так 

называемое вертикальное озеленение, примыкающее к ним  по характеру устройства и принципам 

оформления комнатное цветоводство получают все более широкое распространение. Но этот вид

деятельности, хотя и содержит прежде всего эстетическую функцию, продолжает сохранять стихийно-

художественный  характер. В определенной степени  компенсируя разрыв между человеком  и 

природой, который  принимает вид антагонизма в  условиях современных мегаполисов, он

объективирует стремление широких масс к гармонизации отношений с естественной средой.

   Возникновение  искусства садов и парков как  особой области художественной  деятельности

связано с практикой  культурного освоения природных  ресурсов. В своих истоках оно  опирается на

эстетический  опыт народа, который становится в  дальнейшем основой собственно художественного 

мышления. Известный  исследователь и историк садовопаркового  искусства В. Я. Курбатов пишет:

"Сопоставляя,  однако, все известное, можно думать, что первые искусственные сады  появились в 

местах, бедных влагой и растительностью. Там было необходимо устраивать искусственное  орошение,

само направление  проложенных каналов заставляло располагать посадки определенным образом, и

таким образом  создавался план парка. Так и в  наше время вся долина Ломбардии, бывшая когда-то

сухою и унылою равниною, прорезана правильной сетью  каналов. Вдоль последних рассажены 

шелковичные деревья, между ними протянуты виноградные лозы, а середины образовавшихся

четырехугольников засеяны рисом и кукурузой. Таким  образом путешественнику кажется, что он едет

по бесконечно правильно разбитому.

   В русской  культуре утилитарное назначение  садов господствует вплоть до нового времени. В

приусадебный  парк, например, всегда входили плодовые посадки, занимающие важное место в  общей 

композиции. Более  того, как правило, хозяйственные  сады, как более ранние, определяют