Формационный и цивилиационный подходы к истории. «Школа Анналов»

1 Формационный и цивилиационный подходы к истории. «Школа Анналов».

2.1. Формации или цивилизации?

Накопленный человечеством опыт духовного освоения истории при всем различии мировоззренческих  и методологических позиций обнаруживает некоторые общие черты.

Во-первых, история  рассматривается как процесс, который  развертывается в реальном пространстве и времени. Он протекает в силу определенных причин. Эти причины, где  бы их не находить (на земле или на небе), являются факторами, предопределяющими  движение истории и ее направленность.

Во-вторых, уже  на ранних этапах осмысления путей  и судеб различных стран и  народов, цивилизаций и конкретных национальных обществ возникает  проблематика, связанная с тем  или иным пониманием единства исторического  процесса, уникальности и своеобразия  каждого народа, каждой цивилизации. Для одних мыслителей история  человечества обладает внутренним единством, для других это проблематично.

В-третьих, во многих учениях история носит  явный или скрытый телеологический (целеполагающий) характер. В религии  это хилиастическая эсхатология (учение о конце земной истории), в материалистической философии — некий автоматизм закономерностей общественного развития, с непреложностью судьбы ведущих человечество к светлому будущему или, напротив, к мировому катаклизму.

В-четвертых, стремление проникнуть в характер движения истории. Здесь также возникла своеобразная дихотомия — линейное или циклическое  движение.

В-пятых, история  постигается как процесс, имеющий  свои стадии (этапы и т.п.) развития. Одни мыслители отталкиваются при  этом от аналогии с живым организмом (детство, юность и проч.), другие берут  за основу выделения стадий особенности  развития каких-либо элементов или  сторон бытия людей (религии, культуры или, напротив, орудий труда, собственности  и т.п.).

2.2. О формационном  подходе к истории

Учение Маркса об обществе в его историческом развитии носит название «материалистическое  понимание истории». Основными понятиями  этого учения выступают общественное бытие и общественное сознание, способ материального производства, базис  и надстройка, общественно-экономическая  формация, социальная революция. Общество представляет собой целостную систему, все элементы которой взаимосвязаны  и находятся в отношениях строгой  иерархии. Основой общественной жизни  или фундаментом общества выступает  способ производства материальной жизни. Он обусловливает «социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие  определяет их сознание» [2]. В структуре способа производства главное значение имеют производительные силы и прежде всего орудия труда (техника). Их влияние на другие сферы общественной жизни (политику, право, мораль и т.д.) опос-редуется производственными отношениями, совокупность которых составляет «экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания» [3]. В свою очередь и надстройка (политика, право и т.д.) оказывает на базис обратное активное влияние. Противоречия между производительными силами и производственными отношениями выступают основным источником развития, рано или поздно они обусловливают особые состояния в жизни общества, которые выливаются в форму социальной революции. История человечества есть естественный, т.е. независимый от сознания людей процесс смены общественно-экономических формаций. Она движется от простых, низших форм к формам все более развитым, сложным, содержательным. «В общих чертах, азиатский, античный, феодальный и современный, буржуазный, способы производства можно обозначить, как прогрессивные эпохи экономической формации. Буржуазные производственные отношения являются последней антагонистической формой общественного процесса производства. Поэтому буржуазной общественной формацией завершается предыстория человеческого общества» [4].

Особо надо остановится на понятии формации. Оно обозначает у Маркса логически обобщенный тип (форму) организации социально-экономической жизни общества и складывается на основе выделения у различных конкретно-исторических обществ общих черт и признаков, прежде всего в способе производства. Иными словами, это исторически определенный тип общества, представляющий собой особую ступень в его развитии («... общество, находящееся на определенной ступени исторического развития, общество с своеобразным отличительным характером»

2.3. О сущности цивилизационного подхода к истории

Если сущность формационного подхода к истории  раскрывается достаточно легко, поскольку  формационная теория представляет собой  более или менее целостное  учение, то с цивилизационным подходом дело обстоит сложнее. Единой цивилизационной теории как таковой не существует. Сам термин «цивилизация» весьма многозначен. Например, в «Философском энциклопедическом словаре» приводится три его значения: 1) синоним культуры; 2) уровень или ступень общественного развития материальной и духовной культуры; 3) ступень общественного развития, следующая за варварством [13]. В самое последнее время в среде отечественных историков, философов участились попытки как-то упорядочить, привести в некоторую логически выверенную систему существующие концепции цивилизации. Есть даже предложение выделить новую науку под названием «цивилиография» [14]. Но как признает один из исследователей, стремление превратить «теорию цивилизаций в методологическую основу изучения мировой и отечественной истории» «находится в противоречии с недостаточной исследованностью самой теории цивилизаций как предмета философского и исторического знания, причин ее возникновения и закономерностей рзви-тия, пределов ее применимости» [15]. Однако говорить о «теории цивилизаций» как единой научной теории оснований нет. На деле существуют различные теории цивилизаций. А сам цивилизационный подход представляет собой некий суммативный набор сходных методологических установок, принципов. Отсюда проистекают слабые моменты цивилизационного подхода. Главный среди них — аморфность, расплывчатость критериев, по которым выделяются цивилизации, их типы; слабая определенность причинно-следственных связей между этими критериями.

Сторонники цивилизационного подхода начинают постижение общества, его истории «сверху», т.е. с культуры во всем многообразии ее форм и отношений (религия, искусство, нравственность, право, политика и проч.). Посвящают ее анализу львиную долю времени и энергии. Это вполне объяснимо. Сфера духа, культуры сложна, обширна и, что по-своему важно, многокрасочна. Логика ее развития и функционирования захватывает исследователей Они открывают все новые реалии, связи, закономерности (лица, факты). До материальной жизни, до производства средств к жизни они добираются, что называется, к вечеру, на излете своих сил, исследовательского пыла и страсти.

Формационная теория при всех ее недостатках являет собой  одну из первых попыток построения на основе научной рациональности глобальной картины человеческой истории (метатеории исторического процесса). Конкретно-научные  аспекты ее во многом устарели, но сам  подход, лежащий в ее основе, сохраняет  свою силу. Она пытается системно раскрыть наиболее общие основания и глубинные  тенденции исторического процесса и на этой основе анализировать.общие и особенные свойства конкретно-исторических обществ. По причине высоко абстрактного характера этой теории ее опасно напрямую прилагать к конкретному обществу, втискивать отдельные общества в прокрустово ложе формаций. Между этой метатеорией и анализом конкретных обществ должны лежать теории среднего уровня.

2.                      Факторы самобытности российской истории.

                                            Природно-климатический фактор.

Влияние природно-климатического фактора на специфику русской  истории отмечали практически все  исследователи своеобразия русского исторического процесса. Последним  по времени остановился на этой проблеме Л.В. Милов, который при ее решении опирался, пожалуй, на наиболее солидную фактическую базу. По его мнению, в центральной России, составившей историческое ядро Русского государства (после его перемещения из Киева в Северо-Восточную Русь), «при всех колебаниях в климате, цикл сельскохозяйственных работ – всего 125-130 рабочих дней (примерно с середины апреля до середины сентября по старому стилю). В течение, по крайней мере, 400 лет русский крестьянин находился в ситуации, когда худородные почвы требовали тщательной обработки, а времени на нее у него просто не хватало, как и на заготовку кормов для скота... Находясь в таком жестком цейтноте, пользуясь довольно примитивными орудиями, крестьянин мог лишь с минимальной интенсивностью обработать свою пашню, и его жизнь чаще всего напрямую зависела только от плодородия почвы и капризов погоды. Реально же при данном бюджете рабочего времени качество его земледелия было таким, что он не всегда мог вернуть в урожае даже семена... Практически это означало для крестьянина неизбежность труда буквально без сна и отдыха, труда днем и ночью, с использованием всех резервов семьи (труда детей и стариков, на мужских работах женщин и т.д.). Крестьянину на западе Европы ни в средневековье, ни в новом времени такого напряжения сил не требовалось, ибо сезон работ был там гораздо дольше. Перерыв в полевых работах в некоторых странах был до удивления коротким (декабрь-январь). Конечно, это обеспечивало более благоприятный ритм труда. Да и пашня могла обрабатываться гораздо тщательнее (4–6 раз). В этом заключается фундаментальное различие между Россией и Западом, прослеживаемое на протяжении столетий».

Геополитический фактор

Обычно отмечаются следующие геополитические условия, повлиявшие на специфику русской  истории: обширная, слабо заселенная территория, незащищенная естественными преградами граница; оторванность (на протяжении почти всей истории) от морей (и соответственно от морской торговли); благоприятствующая территориальному единству исторического ядра России речная сеть; промежуточное между Европой и Азией положение русских территорий.

Слабая заселенность земель Восточно-европейской равнины  и Сибири, ставших объектом приложения сил народов России, имела многообразные  последствия для ее истории. Наличие  обширных земельных резервов создавало  благоприятные условия для оттока земледельческого населения из исторического  центра России при увеличении нормы  его эксплуатации. Данное обстоятельство вынуждало государство и эксплуататорские слои общества усиливать контроль за личностью земледельца (чтобы не лишиться источников дохода). Чем больше в ходе исторического развития возрастали потребности государства и общества в прибавочном продукте, тем более жестким становился этот контроль, приведя в XVII в. к закрепощению значительной массы русского крестьянства.

С другой стороны, из-за слабой заселенности страны русские  в процессе колонизации не имели  нужды отвоевывать себе «место под  солнцем» в борьбе с коренными  народами Центральной России (финно-уграми) и Сибири: земли хватало на всех. Поэтому в России до сих пор сохранилось множество этнических групп, исповедующих различные религии и обладающих собственными культурными традициями. Кроме того, колонизация земель была народной. Кроме того, экстенсивность становилась фактором экономического развития. 

Влияние на русскую  историю религиозного фактора

Если рассмотренные  выше факторы сформировали тело России, темперамент, навыки и привычки русского народа, то религия – восточное  христианство, православие – воспитала  их душу.

Мы попытаемся лишь определить, в чем заключается  суть специфики русского православия  и как эта специфика повлияла на своеобразие русской истории.

И Запад, и Россия суть страны христианские, однако христианство попало сюда через разных посредников: на Запад – через Рим, в Россию – через Византию. Как справедливо в свое время отмечал выдающийся русский мыслитель, один из основоположников славянофильства Иван Васильевич Киреевский, каждый христианский «народ, вследствие местных, племенных или исторических случайностей развивший в себе преимущественно одну какую-нибудь сторону умственной деятельности, естественно должен был и в духовной жизни своей и в писаниях своих богословов удерживать тот же свой особенный характер...»[8]. Соответственно в западном (католицизме) и восточном (православии) христианстве не могли не отразиться особенности римской и греческой цивилизаций.

По мнению Н.Я. Данилевского, эллинский культурно-исторический тип «был типом культурным, и притом преимущественно художественно-культурным», римский же – политическим, развившим  и осуществившим с успехом  «одну лишь политическую сторону  человеческой деятельности». А потому «сообразно основной черте психического строя греков, их религия получила исключительно эстетический характер, – религия римлян, также соответственно основным свойствам их мировоззрения и культуры, получила характер политический»[9]. Другая характерная черта римской цивилизации, тесно связанная с первой, – ее рационализм (неслучайно всесторонне разработанная система права – так называемое римское право – появилась именно в Риме, а не в Греции): «отличительный склад римского ума заключался в том именно, что в нем наружная рассудочность брала перевес над внутреннею сущностью вещей»[10]. Для греков же была характерна «склонность к отвлеченному мышлению о высоких материях и способность к тонкому логическому анализу 

3. Менталитет  человека, его эволюция и особенности  в России
4. Ментальные характеристики русской культуры характеризуются целым рядом специфических особенностей, которые обусловлены тем, что любая попытка представить русскую культуру в виде целостного, исторически непрерывно развивающегося явления, обладающего своей логикой и выраженным национальным своеобразием, наталкивается на большие внутренние сложности и противоречия. Каждый раз оказывается, что на любом этапе своего становления и исторического развития русская культура как бы двоится, являя одновременно два отличных друг от друга лица. Европейское и азиатское, оседлое и кочевое, христианское и языческое, светское и духовное, официальное и оппозиционное, коллективное и индивидуальное - эти и подобные пары противоположностей свойственны русской культуре с древнейших времен и сохраняются фактически до настоящего времени. Двоеверие, двоемыслие, двоевластие, раскол - это лишь немногие из значимых для понимания историк русской культуры понятий, выявляемых уже на стадии древнерусской культуры. Подобная стабильная противоречивость русской культуры, порождающая, с одной стороны, повышенный динамизм ее саморазвития, с другой, - периодически обостряющуюся конфликтность. внутренне присущую самой культуре; составляет ее органическое своеобразие, типологическую особенность и называется исследователями бинарностыо (с лат. двойственность). В России была создана православная этика предпринимательства и товарно-денежных отношений, тогда как западное христианство культивировало в человеке прагматизм, накопительство, страсть к деньгам и богатству. В русском менталитете наибольшую ценность приобретает категория достатка, как мера духовности в приобщении к богатству. Предприниматели смотрели на свою деятельность иначе, чем на Западе, не столько как на источник наживы, а как на выполнение задачи, возложенное на него Богом или судьбой. Предпринимательство рассматривалось как определенный вид творчества, самоутверждения.