Оборона севастополя 1941-1942

     1. Завод им. Дзержинского в Туапсе передать Наркомату судостроения и объединить его с вывозимым из Севастополя заводом № 201 (Морской завод), возложив на них, кроме ремонта кораблей ЧФ, также ремонт судов торгового флота.

     2. В Севастополе на базе завода № 201 оставить необходимые ремонтные средства по указанию Военного совета ЧФ.

     3. Судоремонтные мастерские в Поти передать ЧФ.

     4. Обязать Наркомат судостроения укрепить мастерские Морского флота в Новороссийске и Черноморского флота в Поти за счет вывозимых из Севастополя личного состава и оборудования завода № 201. Разрешить использовать лишних рабочих и оборудование завода № 201 по усмотрению народного комиссара судостроения.

     5. Обязать народного комиссара нефтяной промышленности представить для судоремонтного завода в Туапсе территорию нефтеперегонного завода с передачей оборудования последнего, теплоэлектроцентрали, котлов, динамомашин и водоочистительных котлов…[459]

   

   

    

      11 — четверг

    

     Войска СОР  совершенствовали рубежи сухопутной  обороны главной базы и вели  разведку.

     Разведгруппа 514-го стрелкового полка в составе  49 бойцов, высланная в ночь накануне, в 14.00 возвратилась, потеряв 30 человек.[460]

     Авиация главной  базы из-за плохих метеорологических  условий боевых вылетов не  производила.

     В 00.00 плавбаза  «Львов» с 16 вагонами продовольствия  прибыла из Новороссийска в  главную базу. В 9 ч 27 мин транспорты «Ногин» и «Зырянин» в охранении эсминца «Незаможник» прибыли из Поти в Севастополь. Они доставили войска, боевую технику и оружие 388-й стрелковой дивизии.[461]

     В 14 ч 20 мин танкер «Апшерон», шедший из Туапсе в Севастополь с 5000 т мазута, в условиях плохой видимости в районе ФВК № 3 главной базы подорвался на плавающей мине и в 16.00 затонул.[462]

     В 17 ч 06 мин лидер «Харьков» покинул Севастополь и взял курс на Новороссийск.

     Во исполнение  приказа командующего Черноморским  флотом дальний боевой дозор  в районе Потийской военно-морской  базы подводными лодками 2-й  бригады (лодки типа «М» и  «А») был снят. Бригада стала  выделять маневренные группы  подводных лодок для действий  на вражеских коммуникациях в  северо-западном районе моря из  главной базы флота — Севастополя.[463] Маневренные группы менялись  через 1–1,5 месяца. Боевое управление  ими осуществлял в Севастополе  командир дивизиона. С 11 декабря  1941 г. по 20 февраля 1942 г. из Севастополя действовали подводные лодки 7-го дивизиона под командованием капитана 3 ранга Н. Ф. Клынина.

     Состоялись  сборы военкомов по секторам  сухопутной обороны главной базы. На них с докладами об организации  партийно-политической работы в  войсках выступили военкомы секторов  полковые комиссары А. Д. Хацкевич, П. Е. Солонцов, Я. Г. Мельников  и бригадный комиссар А. С.  Степанов. Затем военкомы частей  обменялись опытом работы.[464]

   

   

    

      12 — пятница

    

     Войска СОР,  удерживая прежние рубежи, продолжали  совершенствовать оборонительные  позиции.

     В первую  половину дня три МБР-2 и один  ГСТ бомбили вражеские войска  в пунктах Актачи и Чоткара.  Семь Ил-2 и три И-16 штурмовали  колонну немецких войск на  дороге из Коккозы на Биюк-Сюрень. Уничтожено 60 повозок и 5 автомашин.  Во второй половине дня пять  Ил-2 в сопровождении четырех И-16 штурмовали войска противника  в пунктах Шуры и Фоти-Сала, а также по дороге к лесу  северо-восточнее д. Дуванкой. Уничтожено 10 автомашин, 6 повозок и до взвода  пехоты.[465]

     С 15 ч 26 мин до 16.00 эсминец «Незаможник», стоя на якоре в Северной бухте, обстрелял скопления пехоты и трехорудийную батарею немцев, находившуюся в 0,5 км к юго-востоку от д. Заланкой. Выпущено 14 снарядов.[466]

     Транспорты  «Г. Димитров» и «Калинин» в  охранении крейсера «Красный  Крым» прибыли в Севастополь.  Они доставили 3050 бойцов 388-й стрелковой  дивизии, 317 лошадей, 61 повозку, 12 кухонь  и два орудия. Прибыл в главную  базу в охранении тральщика  «Взрыватель» и транспорт «Абхазия»,  который доставил 2200 бойцов 388-й дивизии,  два орудия и четыре кухни.[467] Переброска частей 388-й стрелковой  дивизии (командир полковник А.  Д. Овсеенко, военком полковой  комиссар К. В. Штанев) была  завершена. В дивизии насчитывалось  11 197 бойцов и командиров.[468] Вместе  с войсками было доставлено: 21 76-мм пушка, 5 122-мм гаубиц, 146 82-мм  и 50-мм минометов и много  другой боевой техники.[469]

     Прибывшие части  388-й стрелковой дивизии сосредоточивались  в районе Инкермана, приводили  себя в порядок и приступали  к боевой подготовке. Штаб дивизии  разместился в Инкермане.

     В главную  базу прибыли подводные лодки  «М-33», «М-35» и «М-60», чтобы  действовать отсюда на вражеских  коммуникациях в северо-западном  районе моря.

     К исходу  суток рота противника, пройдя  незамеченной от родника Алтын-баир, атаковала стык левого фланга 1-го батальона 8-й бригады морской  пехоты и правого фланга 3-го  батальона 90-го стрелкового полка. 9-я рота 90-го полка вынуждена  была отойти, противник занял  ее окопы.

   

   

    

      13 — суббота

    

     С утра противник  силою до батальона от высоты 140,8, двумя батальонами из района  высоты 253,7 и батальоном от высоты 287,4 пытался перейти в наступление.  Огнем артиллерии СОР и ударами  авиации эта попытка была отбита.

     В 12.00 в районе  Колымтая противник силами до  двух рот пехоты атаковал 1-й  батальон 8-й бригады морской пехоты. При поддержке огня 57-го артполка  моряки отбросили противника, который  оставил на поле боя около  50 солдат и офицеров. Безуспешной  оказалась и попытка противника  просочиться через передний край  нашей обороны в районе д.  Аранчи.[470]

     В первой  половине дня шесть МБР-2 и один  ГСТ бомбили и штурмовали вражеские  войска в районе д. Шули. Во  второй половине дня семь Ил-2 в сопровождении четырех И-16 штурмовали  войска противника в районе  высот 479,7 и 253,7.[471]

     Катера-тральщики  и сторожевые катера ОВР главной  базы в течение дня производили  тральные работы по очистке  и расширению ФВК № 3. На кромках фарватера затралено и уничтожено восемь наших мин.[472]

     К исходу  дня совместными действиями двух  рот 90-го стрелкового полка  и роты 8-й бригады морской пехоты  положение на участке 9-й роты 90-го полка было восстановлено.

     Командование  Закавказского фронта отдало  директиву о проведении десантной  операции на Керченском полуострове.[473] Замыслом предусматривалось окружить  Керченскую группировку врага,  изолировать от севастопольской  группировки и, уничтожив ее, приступить  к освобождению всего Крыма.  Для проведения операции выделялись 51-я и 44-я армии, Азовская  флотилия, Керченская военно-морская  база и эскадра ЧФ.

   

   

    

      14 — воскресенье

    

     На сухопутных  рубежах СОР изменений не произошло.  Войска продолжали совершенствовать  занимаемые позиции.

     Днем вражеская  авиация совершила налет на  порт и Севастополь. Три «Ю-88»  сбросили 11 бомб. Были потоплены  две пустые баржи, стоявшие  у борта транспорта «Березина». Транспорт повреждений не получил.[474]

     Состоялось  совещание руководящего состава  СОР под руководством контр-адмирала  Г. В. Жукова. На совещании присутствовали: И. Е. Петров, А. Ф. Хренов, П. А. Моргунов, Н. А. Остряков, В. Г. Фадеев. Петров доложил о состоянии наших войск и резервов. Состоялся обмен мнениями о возможных действиях врага на случай его нового наступления.

     Транспорты  «Белосток», «Калинин» и «Г. Димитров»  вышли из Севастополя в Туапсе.[475]

     Сокращение  торговой сети и уменьшение  выпечки хлеба в Севастополе  заставило Городской комитет  обороны временно разрешить населению  выдавать муку вместо хлеба.  Соответственно по категориям: вместо 800 г хлеба — 500 г муки, вместо 600–400, вместо 300–200 г.[476]

   

   

    

      15 — понедельник

    

     Утром артиллерия  Приморской армии вела огонь  по районам скопления войск  противника.

     Вражеская пехота  силою до батальона в долине  р. Бельбек неоднократно атаковала  позиции наших войск с целью  разведки боем, овладения отдельными  высотами, но безрезультатно. В 12 ч 50 мин огнем тяжелой неприятельской артиллерии с направления Кача на батарее береговой обороны № 10 выведены из строя два 203-мм орудия. Загорелись заряды, гигантское пламя взлетело к небу, пожар угрожал гибелью всей батарее.

     Тогда старшина  огневого взвода старший сержант  Васильченко с двумя краснофлотцами  бросился под огнем врага на  тушение пожара. Но, несмотря на  их героические усилия, справиться  с огнем не удалось. Увидев  это, военком батареи старший  политрук Р. П. Черноусов бросился  тушить пожар, не обращая внимания  на разрывы вражеских снарядов. За комиссаром устремились бойцы,  и снова началась борьба с  огнем. В это время в орудийном  дворике разорвался вражеский  снаряд. Смертью героя погиб комиссар  Роман Прохорович Черноусов, было  убито еще трое и ранено 12 бойцов  батареи. Несмотря на это, пожар  был потушен и батарея спасена  от взрыва погребов.[477]

     С 14 ч 18 мин до 14 ч 30 мин два «Ю-88» сбросили восемь бомб в районе мыса Фиолент и Херсонесского маяка. Повреждений и жертв не было.[478]

     Во вторую  половину дня одиннадцать Ил-2, шесть Як-1, восемь И-16 и один  МиГ-3 бомбили и штурмовали войска  противника на подступах к  Севастополю. Было уничтожено 31 автомашина, до взвода кавалерии, дальнобойное  орудие, зенитное орудие и минометная  батарея.[479]

     ОВР главной  базы производил траление немецких  мин на внешнем рейде Севастополя,  поиск плавающих мин в районе  рекомендованных курсов от бонового  заграждения до подходной точки  ФВК № 3 и расширение ФВК № 3, в котором затралено и уничтожено 13 мин. В районе Херсонесского маяка расстреляна плавающая мина.[480]

     Состоялось  делегатское комсомольское собрание 1-й пулеметной роты дзотов (командир  лейтенант М. Н. Садовников, политрук  В. И. Гусев). На нем было принято  обязательное для всех комсомольцев  решение, которое звучало как  клятва: не отступать ни на  шаг; ни при каких условиях  не сдаваться в плен; драться  с врагом по-черноморски, до  последней капли крови; быть  храбрым и мужественным до  конца; показывать пример бесстрашия, отваги и героизма всему личному  составу.[481]

     Транспорт «Курск»,  имея на борту 1800 бойцов маршевых  рот, 137 лошадей, 51 кухню-повозку и  250 т боезапаса, в охранении тральщика «Взрыв» прибыл в Севастополь.

     Командующий  Закавказским фронтом приказал  командующему СОР подготовить  части Приморской армии в соответствии  с оперативной директивой штаба  фронта № 01696/012 к наступательным операциям в направлении на Симферополь, чтобы сковать силы противника и не допустить вывода его резервов на Керченский полуостров.[482]

   

   

    

      16 — вторник

    

     Войска СОР  удерживали прежние рубежи и  продолжали работы по укреплению  обороняемых позиций. Артиллерия  Приморской армии и береговой  обороны главной базы вела  огонь по боевым порядкам противника.

     Авиация главной  базы сделала 60 самолето-вылетов, из них: на бомбометание и штурмовые действия — 15, на прикрытие базы — 22, на прикрытие штурмовиков — 12 и на разведку — 11. Уничтожено два орудия, вызвано три очага пожаров.[483]

     В этот день  состоялось вручение правительственных  наград приморцам, отличившимся  в ноябрьских боях. Многие бойцы  и командиры получили ордена  и медали. Среди награжденных были и молодые патриотки. Это известная пулеметчица 25-й Чапаевской дивизии сержант Нина Онилова, удостоенная ордена Красного Знамени, и санинструктор 40-й кавалерийской дивизии красноармеец Галина Маркова — ордена Красной Звезды.

     После успешного  отражения первого планового  наступления немецко-фашистских  войск на Севастополь пополнение  гарнизона Севастополя составило  около 21 тыс. бойцов и командиров.[484] Это в основном доставленные с Кавказа морем маршевые пополнения (21 стрелковая рота и 7 специальных рот) и части 388-й стрелковой дивизии.

     Войска СОР,  используя временную передышку,  значительно дооборудовали свои  занимаемые позиции. (Об инженерных  сооружениях на рубежах к началу  второго вражеского наступления  см. Приложение № 13).

     Командующий  11-й немецкой армией получил  директиву Гитлера, требовавшую  «с усиленной энергией бороться  за овладение Севастополем, с  тем чтобы освободить резервы и перебросить их из Крыма для группы армий „Юг“».[485]

     Взятием Севастополя  немецкое верховное командование  мечтало развеять неприятное  впечатление, которое создалось  в Германии от поражения под  Москвой, Тихвином и Ростовом, поднять упавшее настроение немцев  на фронте и в тылу, укрепить  подорванный Красной Армией военный  престиж гитлеровцев.

     Немецко-фашистское командование накануне нового наступления сосредоточило под Севастополем 22, 24, 50, 72 и 132-ю немецкие пехотные дивизии и 1-ю горнострелковую бригаду румын.[486] Подтянутая, с керченского участка 73-я немецкая пехотная дивизия составляла резерв 11-й армии и дислоцировалась в 10 км восточнее Дуванкоя.[487] Кроме того, враг начал перебрасывать из-под Керчи 170-ю пехотную дивизию, которая с 21 декабря приняла участие в боях под Севастополем.[488]

     Противник располагал  шестью дивизионными, тремя корпусными  и одним армейским артиллерийскими  полками. В резерве было два  дивизиона штурмовых орудий и  два дивизиона артиллерии большой мощности (калибра до 356 мм). Всего противник имел 645 орудий полевой и 252 — противотанковой артиллерии, 378 миномётов, в том числе и шестиствольные, что обеспечивало ему плотность артиллерии более 27 орудий и минометов на каждый километр нашей линии обороны. 11-ю армию поддерживало свыше 200 самолетов 4-го воздушного корпуса и более 150 танков.[489]