Когда Лафонтен снова вводит мифологический образ «Neuf Sœurs» - девять Муз, покровительниц поэзии, искусств и наук, он подчеркивает, что искусство, вдохновение поэта приходят в моменты уединения. Жуковский же заменяет девять Муз одним богом – покровителем искусств Фебом и дочерьми богини памяти Мнемозины, усиливая ностальгическую интонацию. Суть же бесед с Музами в общих чертах передана верно, Жуковский использует метафоры и эпитеты, присутствующие в оригинале, но оформляет их в соответствии со своей манерой:

      Далее Жуковский очень точно отразил  наклонение Subjonctif, вводя в текст перевода частицу «пусть»:

            Пусть буду напоен лесов  очарованьем;

            Пускай пленяюся источников журчаньем,

            Пусть буду воспевать  их блеск и тихий ток! [Французская поэзия в переводах В.А. Жуковского. 2001: 33].

      При этом он практически полностью сохранил лексический состав этих фраз, сместив  акцент с цветущих берегов на сами ручьи и компенсируя потерю развернутым  описанием источников и образом  леса. Жуковский также заменяет олицетворение «les ruisseaux m’offrent de doux objets» пассивной конструкцией с одушевленным субъектом: «Пускай пленяюся источников журчаньем». Такую же замену активной конструкции он делает во фразе «нить жизни для меня совьется не из злата», в оригинале есть действующий субъект – древнегреческая богиня судьбы la Parque. Но в данном случае гораздо важнее передать поэтический образ «ткать жизнь золотой нитью», с чем переводчик успешно справился. С другой стороны здесь же используется усиление отрицания «point», которое повторяется в следующей строке. В русском языке существует подобное усиление «ничуть не», но Жуковский предпочел лишь повтор частицы «не» в этих строках:

             Нить жизни для  меня совьется не из злата;

             Мой низок будет  кров, постеля не богата;

      В своем переводе я тоже сохранила  лишь повтор отрицания:

             Золотой нитью мою  жизнь не соткет судьба,

             Под пышным убранством не закрою глаза.

      В следующей строке Жуковский выпускает  фразу оригинала «Mais voit-on que le somme en perde de son prix?», давая для компенсации развернутый перевод следующей фразы: «En est-il moins profonde, et moins pleine de délice?»:

             Но меньше ль бедных сон и сладок и глубок?

             И меньше ль он души невинной услажденье?

      В этих двух строках Жуковский отразил  и лексико-грамматический повтор «moins - меньше». А я в своем переводе сохранила недосающую строку, использовав прием модуляции:

             Не кажется ли, что я упустил частицу сего сна?

             Что не таким глубоким и сладким он вдруг стал?

      И в конце басни Лафонтен использует поэтический описательный оборот «aller trouver les morts» вместо простого «mourir», этот оборот передается также образно в переводе Жуковского «отбыть к неведомым брегам» и в моем «придет упокоенье». А в последней строке Жуковский верно передает смысл, но меняет будущее время на прошедшее и убирает параллельные конструкции:

             J’aurais vécu sans soins et mourrais sans remords.

             Мои век был тихий  день, а смерть успокоенье.

      Я предлагаю такой перевод:

             Я проживу без  горестей и умру без сожаленья.

      Итак, мы проанализировали стилистические особенности оригинала и их отражение в тексте перевода. Теперь обратимся к структурному оформлению этих басен – то, что выделяет поэтические произведения из ряда художественных.

      Сразу же можно  отметить неравное количество стихотворных строк: 40 – в оригинале, 52 – в переводе. В разницу вошли, в основном, экспликативные обороты, использованные для более полной передачи содержания.

      Также меняется тип чередования рифм: в  оригинале преимущественно смежная  рифма, а в переводе – кольцевая.

      Что касается размера и стопности, то здесь возникают особые трудности, так как во французском языке ударение падает не на каждое слово, а на конец ритмической группы.

      В эту схему заключена стилистически  окрашенная лексика, ведь басня Лафонтена  была написана в эпоху классицизма (17 век), а Жуковский переводи в 19 веке, в эпоху романтизма. Это обусловило выбор поэтических средств и лексики, имеющей устаревшую стилистическую окраску: сон чудесной, бьет челом, суесвят, дщери, стези, постеля, услажденье, брега.

      Жуковский старается сохранить эмоциональность оригинала, оставляя восклицательные знаки в соответствующих оригиналу строках текста перевода. Но в некоторых своих отступлениях он усиливает эту эмоциональность, вводя дополнительные восклицательные предложения. Жуковский сохраняет строгое разделение на две части – басню с ее жанровыми особенностями, такими как необычность ситуации, вымышленные герои и, конечно же, нравоучительный подтекст, выраженный в морали, а также лирическое отступление, главная идея которого получает несколько иное освещение у Жуковского. В целом же ценой некоторых утрат в одних местах и компенсаций в других, ему удалось полно передать назидательность и поэтичность басни Лафонтена.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

     Проанализировав переводческую деятельность Виссариона Григорьевича Белинского и его современника Василия Андреевича Жуковского, можно сделать следующие выводы.  Содержание переведенных произведений говорит об интересе Белинского к вопросам социальным, о его постоянно враждебном отношении к аристократии и сочувствии простому народу и одаренным выходцам из него. Своими переводами Белинский выступает в защиту эмансипации женщин, борется с суевериями и обманом, ид которых построено владычество церкви, и особенно враждебно выступает против высшего католического духовенства. Выбор «Путевых впечатлений» Дюма говорит об интересах к политическим событиям Франции и стоит и тесной связи с тем большим подъемом, с которым переживало московское студенчество революционные события 1830—1832 годов.

     Переводя на русский язык то историческое исследование, то политически заостренный очерк, то художественную новеллу, то непринужденный рассказ о путешествии, то народный эпос, Белинский не только обогащал этим трудом свой собственный язык, но приучал себя к тщательному языковому анализу, чуткости, к правильной и точной фразе, к чистой русской речи не только в переводных, но и в оригинальных произведениях.

     Анализ  переводческой деятельности Белинского и Жуковского, несомненно, представит интерес для исследователей трудов этих деятелей русской литературы. Их работа над передачей русскими словами новых понятий, сознательное стремление избежать иностранных корней, приводящее его иногда к словотворчеству, и другие характерные особенности работы над созданием русского текста перевода могут быть плодотворно использованы при изучении русского литературного языка того времени.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Азбукин В.Н., Коновалов В.Н. Русская литература 19 века. – М., Просвещение, 1984.
2. Алексеева И.С. Профессиональный тренинг переводчика. – М., 2003.
3. Белинский В.Г. Избранные сочинения. М., Л., 1949.
4. Белинский Виссарион Григорьевич. Полное собрание сочинений: в 12-ти т./ под ред. и с примеч. С.А. Венгерова. - СПб., 1963, т. 1.
5. Бродский Н.Л. В.Г. Белинский. – М., 1946.
6. Дружинин А.В. Литературная критика. – М., 1983.
7. Егоров Б.Ф. Литературно-критическая деятельность Белинского. – М., 1982.
8. Егорова Е. Вопроса художественного перевода в работах В.Г. Белинского. – Дружба народов, 1951, №4.
9. История русской переводной художественной литературы. В 2-х томах. -СПб., 1996, т. 2.
10. Кубиков И. В.Г. Белинский. Жизнь и литературная деятельность. – М., 1983.
11. Кулешов В.И. Литературные связи России и Западной Европы в 19 веке (1 пол.). - М., 1977.
12. Лаврецкий А., Белинский, Чернышевский, Добролюбов в борьбе за реализм. - М., 1941.
13. Левый Ю.Д. Русские переводчики 19 века и развитие художественного перевода.
14. Мезенцев П.А. Виссарион Белинский. – М., 1963.   
15. Нечаева В.С. В.Г. Белинский. Жизнь и творчество. – М., 1967.
16. Нечаева В.С. Виссарион Григорьевич Белинский. Учение в университете и работа в «Телескопе» и «Молве», 1829-1836. - М., 1954.
17. Оксман Ю.Г. Летопись жизни и творчества В.Г. Белинского. – М., 1958.
18. Поляков М.Я. Белинский в Москве. 1829-1839. – М., 1948.
19. Поляков М.Я. В.Г. Белинский. М., 1960.
20. Русские писатели о переводе. 18-20 вв. - П., 1960.
21. Самарин Р.М. Зарубежная литература 1 пол. 19 века в оценке В.Г. Белинского. – М., 1958.
22. Сердюченко Г.П. Очерки по вопросам перевода. - Нальчик, 1948.
23. Топер П. Традиции реализма. – В кн.: Вопросы художественного перевода. - М., 1955.
24. Трунев Н.В. Проблема перевода в освещении Белинского. – Учен. зап. Омского веч. пед. ин-та. Филос. сер., вып. 2, 1944.
25. Федоров А.В. Основы общей теории перевода. - М., 1983.
26. Филатова Е.М. Белинский В.Г. – М., 1976.
27. Французская поэзия в переводах В.А. Жуковского. М., 2001.