Вклад архитектора Сезара Пелли и его проекты небоскребов

       Как говорилось выше, существует много  концепций, того, что же есть истина. Например, классическая, когерентная. Согласно классической концепции истина есть соответствие мыслей действительности.

       Одним из направлений ревизии классической концепции истины является ее пересмотр  с позиции самосогласованности, непротиворечивости знаний. Истоком этой теории послужили трудности установления соответствия знаний действительности и критерия этого соответствия, с которыми столкнулась классическая теория. Существует два основных варианта когерентной теории истины. Один из них вводит новое понятие истины как когерентности знаний, которое предлагается вместо прежнего понятия истины как соответствия знаний действительности. Другой вариант, хотя и сохраняет классическую трактовку истины, вместе с тем утверждает, что соответствие знаний действительности может быть установлено только через когерентность, которая выступает в качестве критерия истинности.

       «…  Тот, кто говорит о вещах в  соответствии с тем, каковы они есть, говорит истину, тот же, кто говорит  о них иначе – лжёт…» - говорил  Платон [3], вместе с Аристотелем ставший автором основной идеи классической концепции понимания истины. Эта концепция, пережившая тысячелетия и до сих пор являющаяся самой распространённой, рассматривает истину как соответствие мыслей действительности.

       Основной  целью науки является получение  истинного знания. Из этого следует, что в философии науки понятие  истины должно занимать одно из центральных  мест. Но это не так. Очень легко  убедиться в том, что понятие  истины практически не появляется в  философско-методологической литературе последних десятилетий. Почем так? Попробуем разобраться.

       Пока  понятие истины использовалось в  общих чертах, в не очень определённом виде, особых трудностей с его употреблением  не возникало. Можно было принимать  на веру то, что научное знание даёт адекватную картину действительности и в этом смысле истинно. К середине XIX века указание на практику как критерий истины в общем давало решение проблемы. Однако развитие науки в конце XIX – начале XX вв. и появление логико-семантических средств анализа языка науки в этот же период поставили перед классической концепцией истины серьёзные проблемы. Связанная с пересмотром фундаментальных представлений классической науки о материи, пространстве и времени, революция в физике показала, что теории, в течении столетий не вызывавшие никаких сомнений и, казалось, подтверждённые огромным материалом человеческой деятельности, не истинны в строгом смысле этого слова. И если до сих пор классическая концепция опиралась на дихотомию истины – лжи, то с появлением квантовой механики и теории относительности, эту дихотомию пришлось ослабить.

       Важным  шагом к конкретизации и уточнению  классического понятия истины с  помощью идей логико-семантического аппарата языка стала работа А. Тарского «Понятие истины в формализованных  языках». В этой работе истина рассматривается  не как некая метафизическая сущность, а как свойство осмысленных предложений, которым они могут обладать, а  могут и не обладать. Общую идею классического понимания истины Тарский стремиться сформулировать для каждого предложения отдельно. В теории Тарского общая идея соответствия мысли действительности трансформируется в идею соответствия отдельного предложения  тому фрагменту действительности, которое  оно описывает, некоторому факту. Что  же это значит? Представители логического  позитивизма истолковали это  соответствие как подтверждаемость предложения или теории чувственно, данным, опытом, экспериментальным результатом. Поэтому логические позитивисты вообще отбросили понятие истины, поставив на его место понятие частичного подтверждения.

       Верфикационизм  в целом и его понятие подтверждения  в частности, были подвергнуты критике  К. Поппером. Если подтверждение никогда  не способно дать уверенность в том, что мы нашли истину, то нужно  ли оно вообще? Подтвердить можно  всё что угодно, поэтому подтверждение  не имеет никакой ценности. Однако, считает Поппер, мы всё же имеем  возможность опровергнуть наши предложения  или теории при помощи фактов и  именно такое опровержение дает нам  полную уверенность в том, что  перед нами ложь. Подтверждаемость не может служить несомненным  признаком истины, так как не может  быть окончательным, но опровержение, то есть противоречие между теорией  и практикой, является окончательным  и выступает несомненным критерием  ложности. С точки зрения Поппера, идея истины для науки является неким  регулятивным идеалом, побуждающим  учёных отбрасывать отвергнутые  теории и создавать новые. Поппер сравнивает истину с горной вершиной, закрытой облаками, к которой все  мы постоянно стремимся, хотя никогда  не можем быть уверены, что поднялись  именно на неё. Он же полагал, что если у нас нет критерия истины, то всё-таки у нас имеется критерий ложности – противоречие теории фактам. Мы не можем с полной уверенностью указать на истину, но можем с  полной уверенностью видеть ложь и  отбросить её. Однако, очень быстро было показано, что Поппер заблуждался. История науки свидетельствует, что всякая теория противоречит тем  или иным фактам и такие противоречия устраняются с течением времени  – по мере разработки теории и уточнения  или переинтерпретации фактов. Полностью  такие противоречия в большинстве  случаев не исчезают.

       «И с методологической точки зрения противоречие между теорией и фактом вовсе нельзя рассматривать, как свидетельство ложности теории. Поэтому в случае столкновения теории и факта можно констатировать лишь противоречие, но чем оно вызвано – ложностью теории или ошибочностью факта – сказать нельзя.

       Но  если ни истина, ни ложность теорий не могут быть установлены, то понятие  истины оказывается для методологии  науки совершенно излишним и может  быть устранено. В работах ведущих  представителей философии науки  второй половины XX века (Т. Кун, С. Тулмин, И. Лакатош и др.) понятие истины отсутствует, как факт. А. П. Фейерабенд в открытую объявляет истину «зловредным монстром, который должен быть изгнан из науки и философии подобно всем другим чудовищам, которыми разум пытался ограничить человеческую свободу»(стр.214 [4]). В итоге мы видим, что зарубежная философия пришла к отказу от классического понятия истины. Здесь можно указать на два фундаментальных обстоятельства, почему же зарубежная философия отказалась от истины. Прежде всего, переход философии науки от общефилософских рассуждений об истине и её критерии к анализу условий истинности конкретных научных утверждений и теорий. Во-вторых, сама идея соответствия – основная идея классического понимания истины – на этом уровне оказывается совершенно неясной. Соответствие наших представлений вещам, часто истолковывалось, как сходство представлений с вещами. Считалось, что знание о мире рисует его портрет и точно также похоже на мир, как портрет похож на оригинал. Классическая концепция истины на протяжении столетий своего безбедного существования обеспечивала решение проблем, связанных с попытками понять человеческое познание вообще и научное познание, в частности. Но с появлением новых средств анализа науки, с переходом её к рассмотрению на уровне отдельных теорий, предложений, процедур объяснения, проверки и т. п. общие рассуждения об истине и практике стали неэффективными. 

       Заключение. 

       В конце я хочу добавить, что, все же, нельзя полностью отказаться от классической концепции истины. Хоть это и нечто абстрактное, но человеку необходимо быть убежденным в правильности взглядов, знаний. Я считаю, что человек считает истинным лишь то, что согласуется с его мировоззрением. Все, что не вмещается в его внутренний мир, он всячески отрицает. Я склоняюсь к мысли, что «абсолютной истины», которую пытаются выявить философы разных времен, просто не существует. К такому же мнению приходит современная философия. По современным понятиям истинно лишь то, что приносит пользу. То есть прагматизм. А что еще может быть в наш век бешенных скоростей и стремительного роста науки?  Человек сам решает для себя, что истинно, а что ложно. (Я не затрагиваю такие фундаментальные понятия как, например, что Земля круглая. Это знает каждый, но проверить не всякий может). Это справедливо только для спорных явлений. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       Список  использованной литературы. 

1. Гегель, сочинения, изд-во «Правда», М. – 1956.
2. Хайдеггер М. «О сущности истины» (http://www.philosophy.ru/library/heideg/verit.html  17ч.45мин. 12.12.10)
3. Платон. Соч.: В 4-х т.; Т.1. М. – 1968.
4. Никифоров А. Л., «Философия наук: история и методология», М. – 1998.
5. Э. М Чудинов «Природа научной истины», изд-во «Полиздат», М. – 1977.
6. В. А Канке «Философия», изд-во «Логос», М. – 2001.