Источники конституционного права

    Конституции республик и уставы других субъектов  Федерации должны соответствовать Конституции Российской Федерации и федеральным законам. По отношению к другим нормативным правовым актам, принимаемым органами субъекта Федерации, конституции и уставы обладают более высокой юридической силой, и другие нормативные правовые акты не могут, противоречит им.

    Источниками конституционного права являются также  международно-правовые нормы, которые  содержатся в международных договорах, имеющих обязательную силу для Российской Федерации.

    Как известно, согласно части 4 статьи 15 Конституции, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы.

Незавершённость процесса формирования на основе новой  Конституции системы конституционного права России объясняет такую особенность видов источников конституционного права, как действие некоторых законов бывшего Союза ССР, в той части, в какой они не противоречат Конституции Российской Федерации и другим законам.

     2 Характеристика источников конституционного права

    2.1.Конституция  Российской Федерации - основной  источник       конституционного права 

    Конституция Российской Федерации, принятая всенародным голосованием 12 декабря и вступившая в силу 25 декабря 1993 г., с изменениями, которые  внесены в статью 65 двумя Указами Президента Российской Федерации на основании части 2 ее же статьи 137, истолкованной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 28 ноября 1995 г. представляет собой основной источник конституционного права и вообще всего права России.

    К числу особенностей Конституции  Российской Федерации можно отнести  следующие:

1. нормы, устанавливаемые в Конституции, имеют учредительный характер, являются первичными. Они не связаны какими-либо законами, которые были бы для них юридически обязательными, могут устанавливать ,в частности, новые институты, изменять систему государственных органов;
2. в Конституции устанавливаются государственно-правовые нормы общего характера, являющиеся основополагающими для всего государственно-правового регулирования. В них определяются все основные связи, посредством которых данная общность людей объединяется в гражданское общество, определяет механизмы управления государственными и общественными делами;
3. Конституция как источник права характеризуется и широтой содержания выраженных в ней норм. Они охватывают устройство государства, его сущность и формы, определяют субъекты власти, механизм её реализации, принципы участия в управлении всех субъектов политической деятельности. В Конституции закреплены и принципы экономической структуры общества, формы собственности, способы охраны прав всех субъектов экономической жизни. Через конституционные нормы определяются основы правового статуса личности, права и свободы граждан, охраняемые и гарантируемые от нарушений государством. Таким образом, нормы Конституции касаются всех сфер жизни общества: политической, экономической, социальной, духовной. Такой широтой содержания своих норм Конституция отличается от всех иных источников конституционного права;
4. Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории России. Законы и иные нормативные акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции (ст.15);
5. в Конституции определяются многие другие виды источников федерального уровня. В ней устанавливаются наименования правовых актов, их юридическая сила, порядок принятия, отмены и опубликования;
6. значение Конституции как основного источника определяется и тем, что установленные в ней нормы выступают в качестве формы воплощения государственной воли народа. В Конституции определяются те цели, которые общество перед собой ставит, принципы его организации и жизнедеятельности;
7. Конституция по сравнению с другими источниками является актом наивысшего не только правового уровня, но и общественного значения. Её нормы касаются каждого гражданина, всех субъектов общественной деятельности.

    Таким образом, Конституция Российской Федерации  как основной источник конституционного права служит формой установления норм, составляющих ядро данной отрасли, всего государственно-правового регулирования общественных отношений, входящих в её предмет. 
 

       2.2.Федеральные конституционные законы как источники   конституционного права

    Следующим источником конституционного права  России являются федеральные конституционные законы.

      Идея таких законов преследовала  цель уменьшить объем самой  Конституции Российской Федерации.  По своей юридической силе  федеральные конституционные законы  занимают промежуточное место  между Конституцией Российской  Федерации и обычными федеральными законами, принимаются по более сложной процедуре, чем последние, требуя более высокой степени общественного согласия. Такое представление о соотношении юридической силы Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов и обычных федеральных законов преобладает. Основанием для него могут служить положения части 1 статьи 15 ("Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации") и части 3 статьи 76 Конституции ("Федеральные законы не могут противоречить федеральным конституционным законам"). Нельзя, однако, не признать определенных оснований и для иной позиции, согласно которой федеральные конституционные законы имеют ту же силу, что и Конституция, как это, например, имеет место в Италии или Франции. К числу федеральных конституционных законов относятся : вставить

    Согласно  части 1 статьи 108 Конституции, федеральные  конституционные законы принимаются  по вопросам, предусмотренным Конституцией. Вопросы, подлежащие, согласно Конституции, урегулированию федеральными конституционными законами, упоминаются в 13 ее статьях. Это:

    -чрезвычайное  положение (ст. 56, 88);

    -военное  положение (ч. 3 ст. 87);

    -образование  новых субъектов Российской Федерации  (ч. 1 ст. 137);

    -порядок  принятия в Российскую Федерацию  новых субъектов (ч. 2 ст. 65, ч. 1 ст. 137);

    -порядок  изменения статуса субъектов  Российской Федерации (ч. 5 ст. 66);

    -описание  и порядок официального использования  государственных символов - государственного  флага, герба, гимна (ч. 1 ст. 70);

    -порядок  назначения референдума (п. "в"  ст. 84);

    -статус  Уполномоченного по правам человека (п. "д." ч. 1 ст. 103);

    -порядок  деятельности Правительства Российской  Федерации (ч. 2 ст. 114);

    -судебная  система (ч. Зет. 118, ч. Зет. 128);

    -порядок  созыва Конституционного Собрания (ч. 2 ст. 135).

    Нетрудно  заметить, что перечисленные вопросы  охватывают не всю материю конституционного характера, оставшуюся за пределами  действующей Конституции. Это относится, например, к самой процедуре принятия федеральных конституционных законов, а следовательно, и поправок к главам 3-8 Конституции, к процедуре заключения договоров и соглашений между органами государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, да и еще ко многим вопросам.

    Значительная часть правоведов склонна толковать часть 1 статьи 108 Конституции таким образом, что исключается возможность принятия федеральных конституционных законов по вопросам, не входящим в приведенный выше перечень. Отсюда следует, что не включенная в этот перечень конституционная материя должна регулироваться обычными федеральными законами, а это позволяет майоризировать 50 % минус 1 состава каждой палаты Федерального Собрания (разумеется, если с этим будет согласен Президент Российской Федерации), т. е. принять конституционное по своему характеру решение, с которым не будет согласна почти половина законодателей.

    Поэтому представляется более правильной позиция, согласно которой по конституционным  вопросам, вошедшим в приведенный  перечень. Федеральное Собрание обязано принимать федеральные конституционные законы, а по остальным вопросам может это делать, если считает, что они имеют конституционный характер. Однажды оно уже так и поступило, урегулировав федеральным конституционным законом институт федерального референдума целиком, а не только применительно к порядку его назначения, как буквально предусмотрено Конституцией.

Пока  что действуют всего три федеральных  конституционных закона: один, как  упоминалось, регулирует федеральный  референдум, а два - институты судебной власти, причем не в полной мере. Указать Промедление с принятием остальных таких законов отрицательно сказывается на демократическом развитии нашего государства. 

        2.3. Федеративный договор как источник конституционного права    

      Четвёртую часть  источников конституционного права образуют три договора о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ее субъектов от 31 марта 1992 г., которые объединяются общим наименованием Федеративный договор. Эти договоры оформили превращение России в действительную федерацию (до этого она была федерацией лишь по названию, а вопрос о том, кто является ее субъектами был совершенно неясен и практического значения не имел). Федеративный договор был включен 21 апреля 1992 г. в качестве приложения в действовавшую тогда Конституцию Российской Федерации - России, а его основные положения вошли в состав ее текста.

В ныне действующей Конституции Российской Федерации в части 3 статьи 11 указано, что предметы ведения и полномочия разграничиваются между органами государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, как самой Конституцией, так и Федеративным договором и иными договорами. А в абзаце четвертом части 1 раздела второго Конституции "Заключительные и переходные положения" установлено, что в случае несоответствия положений Федеративного договора положениям Конституции действуют положения Конституции. Отсюда можно сделать вывод, что в той мере, в какой положения Федеративного договора положениям Конституции не противоречат, они имеют ту же силу, что и Конституция. 

2.4. Договоры  о разграничении или взаимном  делегировании  

    Следующим видом источников конституционного права являются договоры о разграничении или взаимном делегировании предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, заключаемые на основании упомянутой части 3 статьи II Конституции Российской Федерации.

    К сожалению, возможные рамки такого договорного разграничения (взаимного делегирования) предметов ведения и полномочий конституционно не определены. Не определена и процедура заключения и прекращения указанных договоров.

    На  практике договорами нередко изменяется разграничение компетенции Российской Федерации и ее субъектов, установленное статьями 71-73 федеральной Конституции. Оно, как мы видели, имеет преимущество перед разграничением, содержащимся в Федеративном договоре.

    Отсюда  следует, что положения соответствующих  договоров имеют более высокую юридическую силу, чем упомянутые статьи Конституции, не говоря уже о положениях федеративного договора. Такой вывод вытекает из части 3 статьи II, находящейся в главе 1, которая представляет собой как бы конституцию в Конституции, ибо ее юридическая сила выше, чем у остальной части Конституции. Следовательно, отступления в договорах от норм статей 71- 73 Конституции нельзя рассматривать как ее нарушение.

    В литературе встречается и иная позиция. Так, в одном из комментариев Конституции  Российской Федерации утверждается, что договоры, о которых идет речь в части 3 статьи II Конституции (помимо Федеративного договора), не должны противоречить Конституции и федеральным законам, поскольку такое условие предусмотрено в части 2 статьи 78 Конституции. В действительности же в части 2 статьи 78 предусмотрен иной институт, чем в части 3 статьи II, а именно: не договоры, но соглашения, и не вообще между органами государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, но лишь между соответствующими органами исполнительной власти. Такие соглашения действительно не должны противоречить Конституции и федеральному закону, хотя это и ставит под сомнение целесообразность их заключения. Можно согласиться с автором комментария в том, что конституционный способ разграничения компетенции между Российской Федерацией и ее субъектами имеет приоритет перед договорным, но выражается это только в том, что договорное разграничение компетенции опирается на положение части 3 статьи II Конституции. Отсюда, однако, отнюдь не следует, что договоры, о которых идет речь в части 3 статьи II, обладают меньшей юридической силой, чем федеральный закон. Дело, похоже, обстоит как раз наоборот.

    Не  столь бесспорен, однако, порядок  заключения таких договоров, сложившийся  на практике. Он заключается в том, что договоры подписываются Президентом Российской Федерации с федеральной стороны и Президентом или главой республики, главой администрации со стороны субъекта Российской Федерации и вступают в силу обычно со дня опубликования. Само официальное опубликование на федеральном уровне не всегда имеет место (в печати субъектов Российской Федерации договоры обычно публикуются). С более или менее значительным опозданием часть договоров публикуется в газете "Российские вести", которая предназначена для официального опубликования правительственных и ведомственных актов. Однако, как показано выше, уровень юридической силы договоров таков, что требует официального опубликования в первом разделе "Собрания законодательства Российской Федерации" и, соответственно, в "Российской газете".

    Еще более важен вопрос о субъектах, участвующих в заключении договоров. Поскольку в договорах содержатся нормы конституционного характера, вряд ли правильно отстранять от их создания законодательную власть. Представляется, что договоры для вступления в силу должны бы утверждаться Федеральным Собранием и представительным органом законодательной власти соответствующего субъекта Российской Федерации. Причем для принятия решения было бы логично предусмотреть требование квалифицированного большинства, необходимого соответственно для принятия поправок к Конституции на федеральном уровне и для изменения конституции (устава) на уровне субъекта Российской Федерации.