Унитаризм, федрация, коннфедерация

С принятием Конституции 1787 года США  из конфедерации превратились в федеративное государство. Создание федеративного  государства отвечало интересам  образования и функционирования эффективной государственной власти, способной защитить и обеспечить общие интересы объединившихся штатов. Одновременно выбор федеративной формы  государственного устройства должен был  послужить гарантией сохранения определенной самостоятельности штатов. И ограничить всесилие центральной  власти. Федерализм выступал в качестве орудия и средства предотвращения узурпации власти или злоупотребление ею. Это было также своего рода разделения властей, но не по горизонтали, а по вертикали. [11, c.471].

По Конституции все вопросы, связанные с предметом ведения  штатов и центра, строго распределены. В тексте Конституции перечислено, что именно отнесено к ведению  федерального парламента — конгресса (раздел 1 и 8 ст.1) и что запрещено  отдельным штатам (раздел 10 ст.1). В  тексте определено, что все то, что  не отнесено Конституцией к полномочиям  федерации, остается в компетенции  субъектов федерации. [1, c.28].

К ведению федерации отнесены важнейшие  полномочия в сфере финансов и  налогообложения, внешней политики и обороны, патентное и авторское  право, федеральное судоустройства, порядок приобретения американского  гражданства и некоторые другие вопросы. Также в США действует  принцип верховенства федерального права.

3.2. Виды федераций

Существует два вида федераций: национальная и территориальная. Основное различие между территориальной  и национальной федерацией состоит  в различной степени суверенности их субъектов. Центральная власть в  территориальных федерациях обладает верховенством по отношению к  высшим государственным органам  членов федерации. Национальное государство  ограничивается суверенитетом национальных государственных образований. Общенациональная государственная власть осуществляет лишь координацию интересов субъектов  федерации, обеспечивая их наиболее оптимальную внутреннюю и внешнюю  деятельность. Субъекты национальной федерации в сфере международных  отношений могут устанавливать  дипломатические отношения с  любым государством мирового сообщества, заключать политические, экономические  и другие договоры. Национальный признак  придает федерации такие особенности, которые не могут быть присущи территориальному федеральному государственному устройству. [14, c.392].

Итак, можно выделить признаки как территориальной, так и национальной федераций.

Территориальная:

1. Государственные образования, составляющие данный вид федерации, не являются суверенными образованиями;
2. Субъекты лишены конституцией права прямого представительства в международных отношениях;
3. Установлен запрет одностороннего выхода из союза;
4. Управление вооруженными силами осуществляется федеральными органами.

Примером территориальной  федерации являются США, Мексика  и Германия.

Национальная:

1. Субъекты – национально-государственные образования;
2. Субъекты федерации объединяются согласно принципу добровольности;
3. Гарантированность суверенитета больших и малых наций;
4. Утверждения права на самоопределение. [10, c.186].

В настоящее время национальной федерацией является Индия.

Ряд исследователей выделяет также смешанный тип  федеративного устройства, к такому типу относится форма государственного устройства России. Применительно к  российскому федерализму существует понятие «асимметричной» федерации, т.е. федерации, в которой правовой статус субъектов различается. Но об этом в следующем пункте моей работы.

3.3. Современные проблемы российского  федерализма

Проблемы становления  современного федеративного государства  являются насущными и одними из важнейших  для современной России. Во многом от того, удастся ли перейти к  подлинно федеративному государству, зависит дальнейшая судьба России: сохранение единства государства, успешное проведение экономической реформы, демократизация политической жизни, интеграция с соседними государствами, эффективное  функционирование законов и многое другое.

Конституция Российской Федерации 1993 года в целом заложила современную  правовую основу развития федеративного  государства и федеративных отношений  в России. В статье 1 Конституции  Российской Федерации записано: «Российская  Федерация – Россия есть демократическое  федеративное правовое государство  с республиканской формой правления». В статье 5 Конституции зафиксировано: «Российская Федерация состоит  из республик, краев, областей, городов  федерального значения, автономной области, автономных округов – равноправных субъектов Российской Федерации…Федеративное устройство Российской Федерации основано на ее государственной целостности, единстве системы государственной  власти, разграничении предметов  ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами власти субъектов  Российской Федерации, равноправии  и самоопределении народов в  Российской Федерации, во взаимоотношениях с федеральными органами государственной  власти все субъекты Российской Федерации  между собой равноправны». [1, c.26].

Как показала практика, закрепленные в главе 3 Конституции Российской Федерации основополагающие принципы и механизмы взаимодействия федеральных  органов власти и органов власти субъектов Федерации в целом  обеспечивают эволюционный характер развития федеративного государства.

В то же время чем глубже идет развитие федеративных отношений, тем яснее становится противоречивость и недоработанность ряда конституционных  положений, острее выражается потребность  в дальнейшем развитии конституционных  норм, касающихся Федерации.

Итак, мы подошли к основному  нашему вопросу, а именно к современным  проблемам российского федерализма.

Исследователь данного  вопроса Лысенко В.Н. выделяет четыре проблемы:

1. Симметричность и асимметричность  Российской Федерации;

2. Проблема разграничения  предметов ведения и полномочий;

3. Повышение роли Совета Федерации  в развитии федеративных отношений;

4. Федеративное вмешательство в  права субъектов Федерации. [21, c.73].

На мой взгляд, первый и второй пункт можно объединить в одну большую проблему разграничения  предметов ведения и полномочий между органами федеральными государственными органами и органами власти субъектов  Федерации, так как это и есть вопрос об асимметрии Федеративного  устройства.

По этой проблеме существует множество  мнений, порой даже противоречивых. Так Л.М. Карапетян, исходя из сконструированной  им «идеальной» модели федерализма, постулирует обязательность одинакового, равноправного, правового статуса  субъектов федерации и на этой основе, с теми или иным оговорками, но, в конечном счете, достаточно категорично  отвергает возможность существования  асимметричных федераций. Л.М. Карапетян  утверждает: «При «асимметричности»  статуса субъектов государство  перестает быть федеративным». [24, c.62]. Довольно в критической даже ироничной манере, но с убедительной доказуемостью, несостоятельность этой теории раскрыта Э.В. Тедевосяном в статье «О моделировании в теории федерализма и проблеме асимметричных федераций». [23, c.24]. Но, не смотря на это, теория Карапетяна имеет право на существование.

Самой серьезной проблемой является противоречие между принципом равноправия  субъектов РФ (ст.5 КРФ) и разностатусность республик, с одной стороны, краев  и областей – с другой, автономных округов – с третьей. В настоящее  время в связи с неурегулированностью федеративных отношений появляются нормативные акты, разграничивающие статусы различных субъектов  Федерации. Основными такими нормативными актами являются Конституция Российской Федерации и Федеративный договор, который подписали на сегодняшний  момент около 50 субъектов Федерации. Зачастую вопреки КРФ в них (в  договорах) содержится перераспределение  не только совместных предметов ведения  и полномочий, но и ряда предметов  ведения и полномочий РФ в пользу субъектов РФ (Татарстан, Башкортостан, Саха (Якутия) и т.д.). Часто это  приводит к всевозможным путаницам  и неразберихам. Именно такого рода Федерации и принято называть асимметричными. Но возможно ли построение в России симметричной Федерации? Наверное, в ближайшее время этого сделать  не удастся, потому что «наша Федерация  продолжает базироваться на двух принципах: национально-государственном и территориальном… и полностью уравнять в правах республики как национально-территориальные  образования и края и области  как территориальные образования  не удастся и не нужно. Речь должна идти только о специфических правах, связанных с особенностями национального  состава и национальных отношений  в республиках (право на второй государственный  язык, на национальную культуру), но отнюдь не с социально-экономическими и  политическими правами и тем  более льготами и привилегиями».

Таким образом, Российская Федерация  в обозримой перспективе фактически будет сохраняться как асимметричное  государство. Но эта асимметрия будет  проявляться не на уровне важнейших  конституционных полномочий, прав и  обязанностей, а на уровне специфических  особенностей, связанных с экономическими, культурными, историческими, национальными  географическими особенностями  того или иного субъекта Федерации.

Другой важной проблемой федерализма  является повышение роли Совета Федерации  в развитии федеративных отношений, определение его статуса и  вопрос о «вертикали» власти.  Этот вопрос, сформулированный Лысенко  в 1997 году нашел отражение в 2000, когда  по инициативе Президента РФ, поддержке  обеих палат Федерального Собрания был принят пакет законов определяющий:

1. Порядок разделения Российской  Федерации на семь территориальных  округов: Северо-Кавказский (центр  – Ростов-на-Дону), Центральный (Москва), Северо-Западный (Санкт-Петербург), Приволжский  (Нижний Новгород), Уральский (Екатеринбург), Сибирский (Новосибирск) и Дальневосточный  (Хабаровск). Такое разделение не  ставит под сомнение суверенитет  отдельных регионов и не ставит  регион, в котором находиться  «столица» округа в привилегированное  положение, не ставит власть  представителя президента выше  представителей власти субъектов  Федерации, а лишь упорядочивает  систему «вертикали власти» на  местах, в регионах. Каждый из  округов возглавляется представителем  президента по этому округу, а  он в свою очередь назначает  своего представителя в одном  из регионов его округа. По  словам президента Российской  Федерации В.В. Путина такое  разделение служит средством  централизации власти, укреплении  контроля со стороны центральных  органов к органам местной  власти. В связи с этим нельзя  не упомянуть о распоряжении  президента о приведении уставов  и конституций всех субъектов  Федерации к стандарту Конституции  РФ, так как зачастую конституции  и уставы некоторых субъектов  не только не соответствуют,  но и противоречат Конституции  РФ. В случае не выполнения  этого распоряжения к высшим  должностным лицам таких субъектов  могут применяться санкции, вплоть  до уголовного наказания. Эта  реформа долго обсуждалась и  обсуждается, но необходимость  в проведении реформы, на мой  взгляд, утвердится спустя некоторое  время.  [21, c.74].

2. «О порядке формирования Совета  Федерации Федерального Собрания  РФ». Суть сводится к тому, что  раньше в Совете Федерации  было два представителя от  региона – глава исполнительной  и законодательной властей. Теперь их также два, но представители законодательного и исполнительного органов субъекта выбираются законодательными собраниями субъектов. Здесь выборы не прямые – выбирают выборщики. Споры по этой реформе дошли до того, что некоторые главы исполнительной власти субъектов демонстративно перестали посещать заседания Совета Федерации. Однако, это не изменило общего положения и отношения к ней большей части Совета Федерации.  

3.Суть третьей и четвертой  части реформы заключается в  том, что президент Российской  Федерации может отстранить от  занимаемой должности главу исполнительной  власти любого субъекта Федерации,  несмотря на то, что он выбран  народом, а не назначен собственно  президентом РФ. Однако, для процедуры  отстранения необходимы существенные  причины. Немного уравновешивает  это положение следующее: глава  исполнительной власти субъекта  Федерации имеет возможность  отстранять от занимаемых должностей  выборных глав городов и районов  своего субъекта. Конечно, эти  нововведения с одной стороны  помогут достичь лучшей подотчетности  и контролируемости деятельности  со стороны президента РФ с  одной и глав субъектов Федерации  с другой, однако возможность  отстранять от должностей выборных  глав районов и городов со  стороны глав субъектов РФ, может  привести к политическим раздорам  и противостояниям в тех регионах, к которых власть и авторитет  главы субъекта велика (Александр  Лебедь в Красноярском крае, Аман  Тулеев в Кемеровской области  и др.).     

Важной проблемой российского  федерализма является степень вмешательства  федеральных государственных органов  в дела субъектов Федерации. Именно «степень» вмешательства важна  для рассмотрения, т.к. идея о вмешательстве  или невмешательстве давно решена в пользу первого. Предметы исключительного  ведения Российской Федерации, предметы ведения субъектов РФ и предметы совместного ведения РФ и ее субъектов  зафиксированы в важнейших нормативных  актах государства. Это – Конституция  РФ, принятая 12 декабря 1993 года, Федеративный договор, принятый 31 марта 1992 года и  Федеральный закон «О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации» от 24 июня 1999 года. Однако в КРФ сказано, что Президент РФ вместе с судом необходимой юрисдикции вправе разрешать споры между органами власти РФ и органами власти субъектов, проблемные ситуации внутри субъекта (вплоть до отмены результатов выборов). В статьях 85 часть вторая и в статье 88 прописано, что Президент РФ может «приостанавливать действие актов органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в случае противоречия этих актов Конституции Российской Федерации и федеральным законам...» и «Президент Российской Федерации при обстоятельствах и в порядке, предусмотренных федеральным  конституционных законом, вводит на территории Российской Федерации или в отдельных ее местностях чрезвычайное положение…» [1, c.46].