Экстремизм как объект практики социальной работы

•      выделение дополнительных финансовых средств на техническое и ресурсное обеспечение данного банка данных.

Второе. Методологическое обеспечение работы.

•      ввести в практику проведение семинаров-тренингов по повышению теоретических и практических навыков антитеррористической и антиэкстремистской работы для сотрудников государственных органов управленческого и исполнительного состава;

•      разработать памятки для сотрудников государственных органов по освещению проблем терроризма и экстремизма.

г) образовательно-идеологическая деятельность

Наиболее непроработанная сфера деятельности государства в предупреждении и противодействии распространению в массовом сознании населения идеологии радикализма при том, что в Казахстане имеются достаточно благоприятные условия именно для несиловых информационно-идеологических методов антиэкстремистской деятельности.

Анализируя информационно-пропагандистскую деятельность государства, можно выделить ряд недостатков.

Первое. Сохраняются такие негативные моменты как - недостаточный уровень информационного, просветительского взаимодействия по линии официальное исламское духовенство (в лице Духовного управления мусульман Казахстана - ДУМК) - общество.

Второе. Низкий уровень взаимодействия государства и СМИ. При обоюдном понимании важности использования СМИ в качестве эффективного тактического средства предупреждения и противодействия террористическим и экстремистским угрозам, взаимоотношения государственных органов и СМИ до сих пор носит несистемный, непродуманный характер.

Законодательно не конкретизированы обязанности СМИ при освещении террористической или экстремистской деятельности и проведении контртеррористической операций, не отрегулирован вопрос об ограничениях деятельности журналиста, освещающего чрезвычайную ситуацию, в том числе акты терроризма и экстремизма.

Третье. Недостаточное использование возможностей образовательной сферы, как базисного элемента воспитания толерантности и взаимотерпимости. Так, из государственной системы образования, фактически, исключен элемент ознакомления с духовной, конкретно с религиозной сферой культуры человечества. Данное образовательное направление носит хаотичный характер, с соответствующими негативными последствиями. В государственных учебных заведениях предмет «Религиоведение» преподается лишь в некоторых ВУЗах, в основном на гуманитарных факультетах.

Четвертое. Проблема построения национальной идеологии. Несмотря на то, что в принципе, в казахстанском обществе уже выработаны четкие установки, способные стать основанием для общенациональной идеи - это такие ценности, как межнациональное согласие и веротерпимость, социальное равенство и экономическое процветание, в реальности отсутствует целенаправленная деятельность государства по развитию этих установок, по идентификации каждого отдельного гражданина, независимо от этнической и религиозной принадлежности с казахстанским государством.

Таким образом, образовательная, информационно-пропагандистская сферы в профилактике распространения радикальных идеологий в Казахстане требуют более пристального внимания и осмысленной стратегии со стороны государства.

д) международная деятельность

Учитывая, что причины и истоки экстремизма в значительной степени лежат в международной плоскости, Казахстаном проводится активная политика и комплекс мероприятий на глобальном, региональном и двустороннем уровнях. Казахстан принял активное участие в международной антитеррористической коалиции. «Республика присоединилась к 7 из 12 существующих международных конвенций по противодействию терроризму, в том числе:

•             к международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма;

•             к международной конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом;

•             к декларации ООН о мерах по ликвидации международного терроризма.

Кроме того, Казахстан является активным участником ряда международных и региональных организаций, выдвигающих задачи противодействия международному терроризму и экстремизму:

•            Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии;

•            Шанхайская организация сотрудничества;

•            Организация договора о коллективной безопасности;

•            Совет северо-атлантического партнерства;

•            Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе и др. [20, с. 9].

Республикой Казахстан заключены двусторонние соглашения о сотрудничестве в сфере противодействия терроризму и международной преступности с рядом государств, в том числе с Венгрией, Грузией, КНР, Кыргызстаном, Литвой, Молдовой, Пакистаном, Турцией, Узбекистаном, Украиной, Россией, ФРГ, Чехией и т.д.» [20, с. 23-24].

В целом, политика Республики Казахстан на международной арене в сфере предупреждения и борьбы с экстремизмом и международным терроризмом может быть оценена как адекватная. Наряду с этим, в этой сфере деятельности также существует ряд проблемных моментов.

Первое. Дублирование функций международных объединений, участником которых является Республика Казахстан. Фактически, в программу действий каждого из них включен пункт по борьбе с терроризмом.

Второе. Отсутствие системы координации между межгосударственными объединениями. Большая часть из них преследует одни и те же цели, не используя должным образом при этом опыт работы других организаций.

Третье. Не до конца решена проблема урегулирования ситуации в Афганистане. Учитывая, что сохранение высокого уровня конфликтного потенциала в этой стране является основной угрозой стабильности всего региона Центральной Азии.

Четвертое. Отсутствует комплексный подход и координация действий к угрозам терроризма и экстремизма между центральноазиатскими государствами. Многие заключенные ранее международные договора относительно совместного противодействия угрозе религиозно-политического экстремизма и терроризма, отличаются своей низкой эффективностью по ряду причин объективного и субъективного характера. Каждое государство региона действует в этом направлении в одиночку.

Таким образом, можно вынести следующие концептуальные выводы:

Во-первых, в иерархии основных угроз региональной и национальной безопасности стран Центральной Азии в настоящее время одну из ведущих позиций занимает религиозно-политический экстремизм, выступающий от имени ислама. Деятельность различных экстремистских религиозно-политических организаций, нацеленная на коренное политическое переустройство ряда государств региона, в том числе и насильственными, террористическими методами, является перманентным источником напряженности в Центральной Азии. Взаимосвязь региональной и национальной безопасности с проблемой исламского религиозно-политического экстремизма в Центральной Азии четко проявляется, прежде всего, в идеи построения исламского государства (Халифата) на территории Ферганской долины, расположенной в границах сразу трех стран региона: Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана. Кроме того, указанная взаимосвязь может проявляться в таких негативных моментах как: усиление напряженности и взаимного недоверия между государствами Центральной Азии, росте нелегальной миграции, контрабанде оружия, наркобизнеса и т.д.

Во-вторых, потенциал угрозы религиозно-политического экстремизма обусловлен наличием ряда факторов внутреннего и внешнего характера. При этом важно отметить, что при всей существующей региональной специфике факторы развития феномена религиозно-политического экстремизма в странах Центральной Азии, в целом, являются схожими с причинами распространения данного явления в исламском мире, в частности, в мусульманских государствах Ближнего и Среднего Востока. Как и в глобальном масштабе, существующие в странах региона проблемы социально-экономического, политического, характера, слабость официального духовенства, несостоятельность религиозной политики, также наличие близких конфликтных узлов объективно выступают основанием для возникновения и распространения в Центральной Азии радикальных исламских движений.

В-третьих, несмотря на общность, в целом, причин возникновения и распространения исламского религиозно-политического экстремизма в регионе, тем не менее, каждой из стран присуща своя специфика. Соответственно, этапы возникновения и развития рассматриваемой угрозы в изучаемых странах объективно отличаются. Наиболее проблемным государством региона, исходя из ряда параметров, является Узбекистан, где проблема религиозно-политического экстремизма с течением времени проявляется с всё большей остротой.

В-четвертых, наличие причин внутреннего и внешнего характера служит основанием для сохранения угрозы религиозно-политического экстремизма в долгосрочной перспективе. Диапазон развития ситуации в регионе Центральной Азии в контексте распространения религиозно-политического экстремизма весьма широк, в зависимости от успехов решения данной проблемы. Несмотря на сохранение локальности явления религиозно-политического экстремизма, учитывая взаимосвязь и взаимовлияние в обеспечении стабильности стран региона, любой масштабный конфликт в отдельно взятом государстве Центральной Азии непременно отразится на национальной безопасности остальных стран Центральной Азии.

В-пятых, стоит отметить, что время играет против правящих элит ряда стран региона, в первую очередь, Узбекистана, в котором благоприятный момент для превентивных мер был упущен. Что касается остальных стран региона, то, несмотря на множество сдерживающих факторов распространения идеи радикального ислама, пассивная позиция или неадекватные меры могут крайне негативно сказаться на развитии ситуации в дальнейшем. Поэтому Казахстану и другим государствам Центральной Азии, в которых проблема радикального ислама пока не столь остра как в Узбекистане, стоит максимально использовать собственные преимущества. Учитывая, что зона нестабильности подошла вплотную к границам Казахстана, существует настоятельная необходимость усиления профилактики угрозы религиозно-политического экстремизма. В целом, учитывая перспективы усиления исламского фактора на общественно-политические процессы в странах региона, в том числе и посредством радикального ислама, Казахстану уже сегодня в целях эффективного обеспечения национальной безопасности важно учитывать необходимость повышения эффективности механизмов противодействия угрозе религиозно-политического экстремизма.

2.3 Социальная работа с людьми, попавшими под влияние экстремистских  организаций (на примере Костанайской области)